— Подождите, сейчас я вижу большой торговый центр — универсам. Какая‑то леди сдает свое обручальное кольцо с бриллиантом, чтобы купить кусок говядины. А мужчина обменивает новый автомобиль на фунт масла.
— Боже мой, ну и год нас ожидает! Но, может быть, Глим, вы все‑таки разглядите что‑нибудь обнадеживающее в вашем хрустальном шаре?
— Я вижу банкира, объявляющего о том, что он снизил учетную ставку до шести процентов[24].
— Это хорошо! А что же дальше?
— Подъезжает машина «скорой помощи», и санитары в белых халатах увозят его в психиатрическую лечебницу.
— И это все?
— Да, но если вы заплатите еще пятьдесят долларов, то я…
— Спасибо, вполне достаточно!
НЕ ПРИШЕЛСЯ КО ДВОРУ — НА АЛЯСКУ!
пер. Оболенского А. Н.
Полковник Баэз Грэплинг, один из авторов плана по спасению заложников в Иране, ответственный за то, чтобы ни один секретный американский документ не попал в руки противника, произведен в бригадные генералы и назначен руководителем всех разведывательных операций на Среднем Востоке.
Командор Гарольд Уиннинджер, разведчик из Пентагона, написавший докладную записку, в которой предупреждал, что 48–часовый рейд обречен на неудачу из‑за недостаточного числа вертолетов, выделенных для осуществления операции, переведен на плавучую базу по обслуживанию подводных лодок в ожидании, пока будут оформлены документы об увольнении его в запас.
Уильям Петтибоун, аналитик министерства финансов, предсказывавший незначительный спад и минимальное увеличение безработицы, стал одним из ближайших советников президента Картера по экономическим вопросам. Он заменил Томаса Кислера, который убеждал Белый дом, что, если резко затормозить рост промышленного производства, нельзя будет избежать затяжной и глубокой депрессии. Президент был разгневан, узнав, что прогнозы Кислера оправдались.
Роджер Чэффи, специальный посланник президента по особым поручениям, которому было предписано убедить союзников не участвовать в Олимпийских играх в Москве, награжден медалью «За заслуги», поскольку добился от Бермудских островов согласия не направлять команду в Москву.
Имя Роя Иглберри, доказывавшего президенту, что тот рискует потерпеть тяжелое дипломатическое поражение, настаивая, чтобы Запад не принимал участия в Московской Олимпиаде, вычеркнуто из списка сотрудников, которым президент посылает лично подписанное поздравление к рождеству.
В то время, когда Чэффи получал свою медаль, Фрэнсис Доннер стал заместителем государственного секретаря в награду за то, что смог убедить страны «Общего рынка» принять самые жесткие санкции в отношении Ирана.
Когда в телевизионной передаче «Лицом к стране» президент Картер гордо объявлял о введении санкций, Одри Эберхард, экономист государственного департамента, заметила приятельнице: «Интересно, о каких санкциях он говорит?» Это стало известно президенту, и Эберхард была вызвана «на ковер» главой штата сотрудников Белого дома Гамильтоном Джорданом, который упрекнул ее в том, что она не является «преданным членом команды».
Фредерик Симбалист, председатель правления «Магна ньюклиэр констракшн компани» — частной фирмы, строящей атомные электростанции, объявил, что его корпорация получила правительственный контракт на сумму в 600 миллионов долларов для ликвидации последствий аварии на одном из ее предприятий, вызванной несовершенством конструкции и ошибками при проектировании. Симбалист заявил, что новый контракт обеспечит и в этом году дальнейший рост прибылей корпорации. Марти Темплтон, правительственный эксперт, которая настаивала на том, чтобы «Магна» ликвидировала последствия аварии и производила ремонт за свой собственный счет, переведена из Вашингтона в юридическую службу министерства энергетики в город Ном на Аляске.
О ЧЕМ ЛЮБОЙ БОРМОЧЕТ
Возможно, это мое воображение, но все больше и больше людей в нынешний год выборов разговаривают сами с собой. Достаточно пройтись по улице, и вы услышите странное бормотание. Мне было очень любопытно узнать, о чем это люди говорят, и я последовал за человеком, который что‑то бормотал. И вот что услышал:
— Не могу голосовать за Картера. Любой другой, но не Картер. Не могу голосовать и за Рейгана. Если я отдам свой голос Андерсону, это тоже бросовое дело. Уж лучше проголосую за Картера. Но он, как мне кажется, не знает, что творит. Довел нас до экономического спада, а еще за четыре года доведет и до депрессии. Не лучше ли Рейган? Этот, однако, не вовлечет ли нас в войну? Ужасное будущее — одновременно спад и война. Лучше проголосую за Андерсона. А что я о нем знаю? В прошлый раз голосовал за Картера, хотя ничего не знал о нем. Не хочется повторять ошибку. Проголосую за Картера.