Обоим нравится говорить на техасском, диалекте: он объединял двух мачо, и это играло существенную роль в их сотрудничестве.
— …И ко мне подходит один старик и говорит… — это было классическое начало скабрезной истории Они оба их любят. Однако боже ж мой, какую надо было проявлять осмотрительность, рассказывая их! Если какая-нибудь кликуша от журналистики услышала бы, как Джордж Герберт Уолкер Буш говорит: «Вопрос: зачем. Господь Бог дал женщинам пизду? Ответ: чтобы с ними разговаривали мужчины», все подняли бы такой вой о политически некорректных высказываниях, пренебрежительном отношении к женщинам, сексизме, Сандре Дэй О'Коннор и еще бог знает о чем, что он не знал бы, куда ему деваться.
— Знаешь что, — говорит Буш, — все дело в дальновидности. Скажи мне по-честному… ты был… с ним, а теперь ты… — он хочет сказать «со мной», но не договаривает. Бейкер и так все понимает. Буш. часто не договаривает предложения до конца, умолкая на полуслове, так что получаются какие-то бессвязные обрывки. «С ним» — это с Рональдом Рейганом.
Бейкер вошел в политику вместе с Джорджем Бушем. В 1980-м он возглавлял кампанию Буша против Рональда Рейгана, когда оба боролись за то, чтобы стать кандидатом от республиканской партии. Бейкер, почувствовав, куда дует ветер, и стремясь сделать своего подопечного вице-президентом отговорил Буша от ведения энергичных действий против его противника, а потом и вовсе заставил его отозвать свою кандидатуру. На команду Рейгана это произвело столь сильное впечатление, что Бейкера пригласили стать главой президентской администрации, И он принял это предложение. Точно так же как Буш, принял предложение стать вице-президентом, И в те времена Бейкер был гораздо более влиятельной фигурой в Белом доме, нежели Буш.
— Только взгляни на результаты предварительных выборов, — говорит Буш., имея в виду: «Видишь, как я теряю голоса, а Рейган по-прежнему остается невероятно популярным, хотя я делаю то же самое, что ион. Так почему же у меня проблемы?»
— Видишь ли, Бушик, — начинает. Бейкер, стаскивая с себя ковбойские сапоги за восемьсот долларов пара, которые носят с деловым костюмом в тонкую полоску, — этот человек может так обгадить тебя как этого не делал и не сделает никто другой. Он может произвести столько дерьма, что завалит им весь Техас. — Он стаскивает с себя второй сапог и шевелит пальцами. Все-таки ковбойские сапоги здорово сжимают ногу, даже если их шьешь на заказ.
— Сколько там на часах? — спрашивает Буш.
— Пять, — отвечает Бейкер.
Буш. вздыхает. Тяжело быть президентом. Гораздо тяжелее, чем актером. Во-первых, потому что актеры столько не работают, а во-вторых, потому что никого не интересует, чего им это стоит. До тех пор пока они делают сборы. А президент вынужден встречаться с разными людьми круглые сутки, А потом еще лететь на вертолете к авиалайнеру номер один. И хотя он имел в своем распоряжении целый самолет с услужливым персоналом, готовым выполнить любое его желание, все равно через два, шесть или восемь часов надо было вылезать и выглядеть бодрым, свежим, и здоровым, выспавшимся и ничуть не утомленным перелетом, а главное, счастливым. Научиться спать в любое время вне зависимости от собственных биологических часов было еще сложнее, чем гримироваться перед каждой съемкой.
— Пора принимать синюю бомбу,[8] — говорит Буш и достает таблетку халциона. Оба пользуются этим снотворным. Естественно, по рекомендации врачей. Будучи химическим, собратом, валиума и либриума, это лекарство обладает наркотическим действием. Его преимущества заключается в том, что оно довольно быстро выводится из организма и пациент не испытывает, сонливости и апатии утром.
Бейкер наливает по стаканчику скотча, чтобы запить лекарство.
Буш все еще не может успокоиться. Да и вообще, разве президент может быть спокойным? Даже когда что-то удается: сократить бюджет, наорать задницу русским, обуздать Демократический конгресс, повысить собственный рейтинг или прижать коммунистов Центральной Америки, — тут же кто-то принимается стенать, жаловаться, брюзжать и делать все возможное, чтобы свести на нет эти достижения. А средства массовой информации выкапывают, еще какую-нибудь неотложную проблему, грозящую кризисом, который может разрешить только президент, и никто другой.
8
В печати эту фразу приписывали Бейкеру («Тайм», 10/14/1991). Однако вполне допустимо, что два столь близких между собой человека пользовались одинаковым сленгом. В 1990 году это было самое популярное снотворное в мире. В октябре 1991-го оно было запрещено в Великобритании.