— Ну ладно, — говорит она, — можешь не рассказывать мне о своем отце. А какой была твоя мама?
Я снимаю туфли и рубашку.
— Мне надо переодеться, — говорю я. — Я еще хочу пробежаться перед тем, как мы отправимся на вечеринку. — И я поднимаюсь наверх в свою комнату. У меня по-прежнему есть своя комната, где хранится моя одежда и где я на самом деле сплю. И если второе я от всех скрываю, то относительно первого мне даже не приходится притворяться. Одно дело пустить мужчину в свою постель, и совсем другое — предоставить ему место в своем шкафу. Я вхожу в свою комнату, расстегиваю этот чертов ремень за триста долларов — никогда не смогу понять, почему он столько стоит, — и стаскиваю с себя штаны. Когда я оборачиваюсь, она стоит в дверях и смотрит на меня.
— Сколько шрамов, — говорит она.
— Что ты от меня хочешь?
— Ты собираешься пробежаться?
— Да, — отвечаю я и, протянув руку, быстро вынимаю из комода спортивные шорты. Я не собираюсь доставлять ей удовольствие видом начинающейся эрекции. Она и без того знает, какой она обладает властью надо мной. Однако она продолжает смотреть. Она оглядывает меня с головы до ног. И видит, как начинает набухать мой член.
— Может, ты выйдешь? Я хочу… — я не договариваю «тебя. И стоит этому начаться, как это никогда не закончится», потому что помню о включенных микрофонах.
— Может быть, мне тоже с тобой пробежаться, — задумчиво произносит она, поворачивается и выходит.
Я надеваю рубашку и выхожу из комнаты. У меня нет ни малейшего желания ждать ее. Мне хочется убежать куда-нибудь подальше. Наше расследование не дает никаких результатов. Я надеялся что-нибудь разузнать у Китти Пржизевски, но она ускользнула. Да и вообще это сплошная глупость. Какая разница, чем собирается заниматься Джон Линкольн Бигл? Снимать очередной идиотский фильм. Жена и сын его ненавидят, и об этом уже всем известно. Они только ждут удобного времени, чтобы подать на развод. Если я сегодня нее разорву контракт с Мэгги и вернусь в «Юниверсал секьюрити», то скорей всего уже завтра снова буду заниматься Биглом. только на этот раз защищая интересы его жены. Или, наоборот, выступая от его лица против нее. В городе о Жаклин Конрой говорят только одно: «Она хорошо заучила золотое правило Голливуда — трахаться всегда и со всеми!» И все лица, с которыми она была связана — Патрик Суейз, Кевин Костнер и Мадонна,[85] — свидетельствуют об очень активном образе жизни. В свою очередь, и я, и Мэгги, и миссис Маллиган из разных источников слышали о том, что Бигл спит со своей секретаршей и водит шашни с ее дочерью, чем и была огорчена ее мать — причем настолько, что ей пришлось уволиться. Однако, после того как Бигл пообещал ее дочери роль в своей следующей картине, она вернулась.
Слухи об их сексуальной жизни курсировали по всему городу. А вот что будет собой представлять эта картина, не знал никто.
Дверь в комнату Мэгги открыта, но я делаю над собой усилие, чтобы не заглянуть.
— Подожди меня, пожалуйста, — доносится до меня, когда я прохожу мимо.
Я совершенно не хочу это делать. И тем не менее я останавливаюсь. Я не хочу оборачиваться и смотреть на нее. Пусть Господь превратит меня в соляной столб» если я обернусь. Пусть я попаду в ад.
Нет никакой необходимости ее описывать. Все вы видели ее на экране. А если не видели, можете сходить и взять напрокат кассету Я вижу ее вибрирующий позвоночник, как писали о ней в одной из рецензий, ее длинные ноги, бесконечно длинные, как в одном из фильмов Берта Рэйнолдса, где она играла девушку по вызову, ее грудь и даже ее затвердевшие соски — я помню их по крупному плану в «Белой леди», а ведь она не пользуется дублершами. Она натягивает шорты и стоит обнаженная до пояса. Она стоит так довольно долго, давая мне разглядеть себя, потом отворачивается и надевает бюстгальтер и рубашку.
Я выхожу на улицу молча, с мрачным видом, и мы стартуем. Я не собираюсь давать ей поблажек, но она бежит довольно быстро. И мне не удается ее обогнать. Она легкая и гибкая, я же двигаюсь как бульдозер. Однако я смогу ее обуздать, когда она устанет. Уже через милю с меня начинает течь пот. Через две мне становится совсем хорошо. Я даже обгоняю Мэгги. Перед глазами снова начинают возникать картинки. Не забывайте, что Вьетнам — это не только война. Это Азия. Как в фильмах, которые я видел в детстве. Экзотика. Особенно для ребенка, выросшего в долине Огайо и не видевшего ничего, кроме грязных и покрытых копотью славян, поляков и венгров, работавших в шахтах и пивших дешевое пиво. Пьяные, они возвращались домой и били своих домочадцев. Потом просыпались с больной головой и ноющими от тяжелого труда суставами и начинали все сначала. Деревянные домики, крытые толем.
85
Напоминаем читателям и адвокатам, что Жаклин Конрой является вымышленным персонажем. Предположение о том, что знаменитая личность вступала в половые отношения с вымышленным персонажем, по всем нормам права не является клеветой.