Наемник вскинул руку.
– Довольно! Вот теперь мне действительно хочется на это взглянуть.
– Да, начальник.
Я мрачно выбрался из кабины и поплелся к заду фургона. Приспичило же этому мальчишке демонстрировать свое богатое воображение! О том, что произойдет, когда наемник обнаружит в фургоне совсем другие товары, я старался не думать. Но тут уже ничего нельзя было поделать. Наемник бесстрастно нависал надо мной. Я открыл заднюю дверь.
Наемник несколько секунд изучал содержимое фургона.
– Отлично. Можете ехать дальше.
Сам себе не веря, я оглядел груз. На глаза мне попался деревянный ящик с бутылочками. Сирийские оливки. Из-за ящика выглядывали небольшая коробка Жаворонковых язычков, пакеты с макаронами… Я захлопнул дверь и вернулся в кабину.
– Куда ехать-то, начальник?
Наемник положил руку на край моего открытого окна. Тыльную сторону руки пересекали тонкие белые шрамы.
– Впереди будет развилка. Вам – направо, к черному ходу. Там вас кто-нибудь встретит. Занесете ваши товары и езжайте обратно. Да, и должен вас предупредить: вы вступили во владения великого волшебника. Если дорожите жизнью, не вздумайте забираться куда не полагается. Кара будет скорой и ужасной.
– Да, начальник.
Наемник кивнул, отступил на шаг и жестом велел нам проезжать. Я включил зажигание, и мы медленно въехали под арку. А потом – под защитные купола; мою сущность пробрала дрожь. Потом мы оказались внутри и поехали между деревьями, по усыпанной песком извилистой дороге.
Я взглянул на мальчишку. Лицо его было невозмутимо, но по виску ползла капля пота.
– Откуда ты все это узнал? – спросил я. – Ты же смотрел назад не больше пары секунд.
Мальчишка слабо улыбнулся.
– Меня кое-чему учили. Я быстро читаю и хорошо запоминаю. Ну, а о нем ты что думаешь?
– Об этом наемнике Лавлейса? Любопытный тип. Он – не джинн и даже, скорее всего, не волшебник. От него не разит тухлятиной, как от вас[98]. Но мы знаем, что он сумел завладеть Амулетом, а значит, он обладает некой силой… И от него просто-таки исходит ощущение уверенности в собственных силах. Ты обратил внимание, как его слушаются гули?
Мальчишка наморщил лоб.
– Если он не демон и не волшебник, какой силой он может обладать?
– Не занимайся самообманом, – мрачно сказал я. – Есть и другие силы.
Мне вспомнилась та девчонка из Сопротивления и ее приятели.
От дальнейших вопросов меня избавила дорога: она повернула и вынырнула из-под деревьев. И перед нами предстал Хедлхэм-Холл. Мальчишка тихо ахнул.
На меня усадьба особого впечатления не произвела. После того как поучаствуешь в возведении нескольких самых величественных зданий мира и сумеешь дать архитекторам несколько полезных советов[99], уже не станешь восхищенно присвистывать при виде второразрядного викторианского поместья, стилизованного под готику. Ну, вы наверняка знаете такие постройки: куча всяких завитушек, украшений и башенок[100].
Здание окружала широкая лужайка; по ней разгуливали павлины и кенгуру[101].
Посреди лужайки стояли два полосатых шатра, а по террасе уже сновали слуги, разнося подносы с бутылками и бокалами. Перед домом возвышался массивный древний тис; рядом с ним, под его раскидистыми ветвями, дорога раздваивалась. Левое ответвление изящно изгибалось перед фасадом, а правое скромно сворачивало за дом. Мы поехали к черному ходу, как и было велено.
Мой хозяин все еще продолжал жадно пожирать взглядом открывшуюся ему картину.
– Забудь свои трогательные грезы, – сказал ему я. – Если ты хочешь дожить до их исполнения, нам сперва нужно пережить сегодняшний день. Итак, мы проникли внутрь. Теперь нам нужно сформулировать наш план. Что мы собираемся делать?
Мальчишка мгновенно подобрался.
– Исходя из того, что сказал нам Лавлейс, – сказал он, – можно предположить, что он намеревается каким-то образом нанести удар по министрам. Но каким именно, нам неизвестно. Произойдет это сразу же, как только гости прибудут – пока они расслаблены и беспечны. И Амулет жизненно важен для плана Лавлейса, каков бы ни был этот план.
– Да. Согласен, – Я побарабанил пальцами по рулю, – Ну а как насчет нашего плана?
– У нас две задачи: отыскать Амулет и вычислить, что за ловушку готовит Лавлейс. Вероятно, Амулет он будет держать при себе, чтобы при любом повороте событий быть уверенным в собственной безопасности. Нам полезно будет знать, где Амулет, но незачем отбирать его у Лавлейса, пока не прибудут все приглашенные. Нужно показать министрам истинное лицо Лавлейса. Доказать, что он предатель. Если при этом мы еще и сможем разоблачить заготовленную им ловушку – тем лучше. Мы получим все требуемые доказательства.
98
Я вовсе не собирался грубить. Ну ладно, собирался – и тем не менее это чистая правда. Я не какой-нибудь поисковый бес (они сплошь состоят из нюха), но у меня достаточно развитое обоняние, и я почти всегда способен засечь волшебника, даже если он старается сохранить инкогнито. Они столько сидят в своих продымленных комнатах, вызывая различные могущественные сущности, что их кожа приобретает специфический запах. Самые характерные его черты – благовония и острый привкус страха. Если и после этого вы не вполне уверены, посмотрите в глаза: почти наверняка там окажутся линзы.
100
Что, не получается представить? Ну, я просто не хотел надолго прерывать свое повествование. Хедлхэм-Холл представляет собой огромное двухэтажное здание с двумя приземистыми крыльями, северным и южным, массой высоких сводчатых окон, покатым фронтоном, резным каменным орнаментом, напоминающим уже скорее о барокко, множеством кирпичных труб, барельефом над главным входом, высокими сводчатыми потолками и всяческими горгульями (и им подобными изваяниями). Все это построено из бежевого камня, который сам по себе неплох, но в таких количествах начинает напоминать огромную груду подтаявшей сливочной помадки.
101
Они были столь продуманно рассредоточены на лужайке, что я даже подумал: уж не приклеили ли их там?