Читать онлайн "Аналитики. Первая и Вторая" - Аристотель - RuLit

Таким образом, через знание общего знаем частное, но через само знание частного мы его[680] не знаем, так что по отношению к нему возможно впадать в ошибку, однако не противным образом. Обладая знанием общего, мы можем ошибиться относительно частного. Так же обстоит дело и в случаях, указанных выше, ибо ошибка в отношении среднего (термина) не противна знанию, (приобретенному) посредством силлогизма, как и (ошибочное) предположение, касающееся каждого из средних (терминов). Но ничто не мешает знать, что А присуще всему Б, а Б, в свою очередь, присуще В, и (при этом) думать, что А не присуще В, как, например, можно знать, что каждая самка мула бесплодна и что это (животное) есть самка мула и при этом (все-таки) думать, что оно зачало, ибо (в этом случае) не знают, что А присуще В, если обе (посылки) не рассматриваются вместе. Таким образом, ясно, что ошибаются, если одну (посылку) знают, а другой не знают, каково (как раз) и отношение знания общего к знанию частного. Ибо о чувственно воспринимаемом мы помимо ощущения не имеем знания, даже если мы уже воспринимали его раньше, разве только (в том случае), когда имеем знание общего и частного, но не имеем действительного (знания)[681]. В самом деле, знание может быть троякого (рода), именно или общее, или частное, или действительное. Так что и ошибаются трояко. Таким образом ничто не мешает об одном и том же иметь знание и (по отношению его) впадать в ошибку, однако, не противным образом. Это случается также с тем, кто знает о каждой посылке, но раньше не рассматривал (их отношений). В самом деле, предполагая, что (эта) самка мула зачала, он не имеет действительного знания, но, с другой стороны, предположив это, не допускает еще ошибочного (положения), противного знанию (общего), ибо ошибочное (положение), противное (знанию) общего, есть (по виду) силлогизм[682].

Тот же, кто предполагает, что быть благом значит то же самое, что быть злом, тот должен предполагать также, что благо и зло тождественны. В самом деле, пусть А означает "быть благом", Б — "быть злом", а В — также "быть благом"; так как предполагают, что Б и В тождественны, то должно также предположить, что В есть Б, и точно так же, что Б есть А, и поэтому также, что В есть А. Ибо так же, как в случае, когда было истинным, что чему приписывается В, тому приписывается Б, а чему приписывается Б, тому приписывается А, было истинным и что А приписывается В, точно так же должно быть это и относительно (слова) "предполагать". Равным образом и относительно (слова) "быть". Ибо если В и Б тождественны и, далее, Б и А, то тождественны должны быть В и А. Точно так же и относительно (слов) "иметь мнение". Неужели, следовательно, это[683] необходимо, если признать первое[684]? Но ложно, пожалуй, предположение, что быть злом — то же, что быть добром, если только оно не взято случайно, ибо можно это предполагать различно. Но (вопрос) этот требует более точного рассмотрения.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ (Перестановка терминов в силлогизме)

Когда крайние (термины) переставляются, то необходимо, чтобы и средний (термин) переставлялся с каждым из них[685]. Ибо если А присуще В через (средний термин) Б и если (здесь) имеет место перестановка и, (таким образом), всему, чему присуще А, присуще также и В, то и Б может быть переставлен с А и быть присущим всему тому, чему присуще А, через средний (термин) В. Точно так же В может быть переставлен с Б через средний (термин) А[686]. Точно так же и при (заключении) о том, что (нечто чему-то) не присуще, как, например, если Б присуще В и А не присуще Б, то А не будет присуще и В. Если же Б переставляемо с А, то переставляемо также В с А. В самом деле, пусть Б не присуще А, следовательно, и В не присуще (А), ибо Б было присуще всем В[687]. И если В переставляемо с Б, то Б переставляемо и с А, ибо всему, чему приписывается Б, тому приписывается также и В[688]. И если В переставляемо с А, то и Б будет переставляемо с А, ибо, чему присуще Б, тому же присуще и В. Но чему присуще А, тому В не присуще. И только (здесь) начинают с (обращения) заключения[689], подобно тому как это имеет место и в силлогизмах с утвердительным заключением, в других же случаях не так[690]. Далее, если Б и А переставляемы и равным образом В и Д и всему необходимо присуще либо А либо В, то и Б и Д будут находиться в таком отношении, что всему присуще одно из них[691]. Действительно, так как тому, чему присуще А, присуще также и Б, и чему присуще В, тому присуще также и Д, всему же присуще или А или В, но не оба вместе, то очевидно, что и Б или Д также присущи всему, но не оба вместе. Например, если невозникшее является непреходящим, а непреходящее — невозникшим, то необходимо, чтобы возникшее было преходящим и преходящее — возникшим[692]. Ибо (здесь) слагаются вместе два силлогизма[693]. Далее, если всему присуще А или Б и В или Д, но присущи они не вместе, и А и В переставляемы, то переставляемы также Б и Д. Ибо если Б не присуще некоторым из тех, которым присуще Д, то ясно, что (им) присуще А; но если (им) присуще А, то будет присуще и В, так как (А и В) переставляемы. Так что (в этом случае) В и Д были бы (чему-то) присущи вместе. Но это невозможно. Если же А присуще всему Б и всему В и ничему другому не приписывается, а Б присуще всем В, то А и В необходимо переставляемы. В самом деле, так как А приписывается только БВ, а Б приписывается и самому себе и В, то очевидно, что всему тому, чему приписывается А, приписывается и Б, за исключением самого А[694]. Далее, если А и Б присущи всему В, а В переставляемо с Б, то А необходимо присуще всем Б. В самом деле, так как А присуще всем В и В присуще Б через перестановку, той А будет присуще всем Б[695]. Если же из двух противоположных друг другу (вещей) А предпочтительнее Б и точно так же Д предпочтительнее В, и если, (далее), АВ предпочтительнее БД, то А предпочтительнее Д, ибо А в такой же мере является предметом желанным, в какой мере Б — предметом нежеланным, так как они противоположны. Равным образом — В и Д, ибо они также противоположны. Действительно, если А было бы в такой же мере предпочтительно, как и Д, то и Б было бы в такой же мере предметом нежеланным, как и В, ибо каждый из этих двух одинаковым образом противоположен каждому из них: нежеланный — желанному. Так что и оба были бы в равной мере (нежеланны или желанны), (именно) А и В (противоположны) Б и Д. Но так как одни предпочтительнее других[696], то они не могут быть в одинаковой мере предпочтительны. В противном случае Б и Д были бы одинаково предпочтительны. Если же Д было бы предпочтительнее А, то и Б было бы менее нежеланным, чем В; ибо меньшее противоположно (здесь) меньшему, большее же благо и меньшее зло предпочтительнее меньшего блага и большего зла. И таким образом БД в целом было бы предпочтительнее АВ. Но (здесь[697]) это не так. Следовательно, А предпочтительнее Д, и В поэтому менее нежеланно, чем Б. В самом деле, если для каждого любящего проявлять благосклонность (А), хотя и не пользоваться благосклонностью (В), ради любви предпочтительнее, чем пользоваться благосклонностью (Д), но не проявлять благосклонность (Б), то ясно, что А предпочтительнее, чем пользоваться благосклонностью. Таким образом, дружба в любви предпочтительнее чувственного влечения. Любовь, таким образом, существует скорее ради дружбы, чем (ради) чувственного влечения. Но если больше всего ради дружбы, то (дружба) и есть цель (любви). Следовательно, чувственное влечение или вообще не есть (цель), или оно есть ради дружбы. Ведь и другие влечения и искусства — такого же рода[698].