– Эй, а вы кто такие! – опять началась старая песня. Только голос принадлежал тому, кто называл себя помощником мастера.
– Да… Ты мужик, не серчай! Ить, это… Мы помочь тебе хочем, – первым пришёл в себя Бастрыкин. – Ить мы, что хотим то… Нам бы в Бийск как-то попасть надоть. Баба моя там, говорят, с каким-то купчиной спуталась, надо разобраться.
– Некогда мне тут с вами разбираться, – машинист паровоза был страшно недоволен. – Петрович мой запил, а я без него теперь должён поезд составлять.
– Нет, мужик, ты мне скажи, – тупо продолжал домогаться Бастрыкин, в то время как его спутники, молча стояли в стороне. – Должён я бабу свою проучить? Ведь негоже мужней бабе с чужими мужиками путаться, правильно я говорю?
– Обязан просто! – раздражённо попытался отмахнуться местный. – Отстань от меня, мне тут трибунал карячится, а тут ты с бабой твоей…
– Я же тебе помочь хочу, дурья твоя голова. Мы знашь какие кочегары? У-у-у! Как зачнём втроём лопатами махать. Только шум стоит.
– Ладно, договорились, подходите к выезду с территории часа через три.
– Не, так не пойдёт! У нас часов нема. Поэтому мы с тобой тута побудем. Что скажешь, – враз сделаем. Ты только не стесняйся, задачу ставь понятную. Мы ж мужики простые, скажешь кидать, будем кидать, скажешь не кидать, не будем кидать… – мужики дружно заржали.
В результате такого торга уже вечером, вместе с первым батальоном 226 Пролетарского полка, друзья ехали в сторону Бийска. Лопатами они и махали отлично.
…
Валентина Антоновна Копылова[122] девятого февраля не обнаружила в доме муки. Она точно помнила, что неделю назад, когда к ней приходили видные мужчины по поводу политический предпочтений, мука в кладовой была. Целый мешок стоял прямо около двери. Продукт по нынешним голодным временам очень ценный. По мешку муки работники народного университета получили от ревкома к новому году. Председатель ревкома Михаил Правда, хоть и происходил из сельских хохлов, но к культуре относился с большим уважением. Помогал и с топливом, и с ремонтом, и с продовольствием.
И вот подарок исчез! Бедная женщина сама не своя от такой поистине катастрофической утраты. Валентина Антоновна вернулась в горницу и села на большой сундук. Всё, что можно продать, продано, оставалось одно – искусство скульптуры. Но кому нужны в голодном Бийске её работы? Горькие мысли теснились в голове, но готовить завтрак всё равно как-то надо.
– Леночка, деточка, – позвала она дочку. – Сходи, будь добра к Прибытковым, попроси у них муки сколько дадут. Нашу, похоже, какие-то жулики присвоили.
– Мамочка, извини, это не жулики. – Леночка потупила огромные глазищи. – Это я. Отдала вчера Михаилу Степанычу, когда он уходил. Ты бы тоже отдала, я знаю.
– Ладно, малышка, может ты и права. – Вздохнула Валентина Антоновна. – Что легко пришло, легко и ушло. Всё равно за мукой к Прибытковым сходи.
…
Жена главного врача городской больницы Прибыткова, Виктория Викторовна тоже в этот день пребывала в расстроенных чувствах. Глава семейства Григорий Алексеевич отсутствовал. Как уехал ещё на Крещение в губернию выбивать лекарства для больницы, так и не было от него ни слуху, ни духу. В свои шесть десятков лет Виктория Викторовна чувствовала себя в целом не плохо, но уже дров для печи наколоть не могла. Григорий оставил запас поленьев, но как раз сегодня он подошёл к концу.
Когда к ней постучалась Леночка Сенгалевич, старушка страшно обрадовалась – ей теперь не надо искать, кто бы нарубил дров.
Леночка с усилием поставила на колоду средней величины чурбак, с азартом схватилась за тяжёлый топор, неловко кинула его вниз. Лезвие топора увязло в теле чурбака и не поддавалось слабым девичьим рукам.
Вдруг из-за забора послышался сочным мужской баритон:
– Кака ладна дивчина! Какой у неё топор тяжёлый, да как она им ловко орудует. Любо дорого посмотреть. – Степан Русаков, проходя мимо двора Прибытковых, не смог удержаться от подшучивания.
– Дяденька, вы бы, чем надсмехаться, помогли бы лучше. – Стрельнув лукавым глазом, не осталась в долгу Леночка. – Смеяться над бедной девушкой каждый может.
– Со всем нашим удовольствием, – с готовностью подмигл Русаков. – Это мы мигом.
Не прошло и получаса, как вдоль стены сарая выросла ровная поленница, а наш герой приглашён в горницу на чашку чаю с сухарями.
122
Валентина Антоновна Сенгалевич (в девичестве Копылова) – преподаватель народного университета, основатель художественного музея Бийска, Общества охраны памятников культуры и старины, дочь известного сибирского купца Антона Копылова, построившего Народный дом, Драмтеатр и народную школу Бийска