Правда
Когда ж ощиплют там его и сзади редьку вставят,
Питомец твой докажет чем, что он не толстозадый?
Кривда
А пусть и толстозадый, что плохого в том?
Правда
А я спрошу, что может быть постыднее?
Кривда
Что скажешь, если докажу обратное!
Правда
Что мне сказать? Умолкну я.
Кривда
Ответь же мне, В суде защитник из каких?
Правда
Кривда
Правильно! Поэт в театре из каких?
Правда
Кривда
Именно! В толпе оратор из каких?
Правда
Кривда
То-то вот!
Свою нелепость понял ты.
Теперь из зрителей сочти:
Которых больше?
(Показывает на зрителей в амфитеатре.)
Правда
(Считает.)
Кривда
Правда
Клянусь богами, понял все.
Из толстозадых большинство.
Того я знаю, и того,
И этого, вон там, в кудрях.
Кривда
Правда
Погиб я.
О, развратники!
Ради богов,
Примите плащ мой, я бегу,
Я к вам перебегаю.
(Убегает в дом Сократа.)
Кривда
Ну, что ж, теперь обратно увести сынка
Желаешь иль в науку мне отдашь его?
Стрепсиад
Учи его, пори его. Старайся, друг,
Мальчишку навострить на обе челюсти,
Чтобы одною грыз он тяжбы мелкие,
Другую ж на большие наточил дела.
Кривда
Спокоен будь! Искусником вернется он.
Фидиппид
(в сторону)
Ах нет, несчастным, тощим, бледным, высохшим.
Корифей
Кривда и Фидиппид входят и дом Сократа, Стрепсиад — к себе.
(Вслед Стрепсиаду.)
Об этом ты, наверно, пожалеешь.
(К зрителям.)
Судьи! Если по заслугам отличите вы наш хор,
Выгод тысячу найдете. Выслушайте нашу речь.
Первое: когда начнете вы поля свои пахать,
Первым вам мы дождь подарим, а соседям уж потом.
Будем: сад ваш и зеленый виноградник охранять,
Чтобы зноем их не выжгло, градобоем не смело.
Тот же смертный, кто в безумье не уважит нас, богов,
Вот послушайте, узнайте, сколько бед претерпит он.
Пить вина уж он не будет, сеть не будет овощей:
Чуть в саду его маслины зацветут и киноград —
Все завянет: тяжкой дробью из пращей собьем мы цвет.
Кирпичи сушить захочет, хлынем на землю дождем,
Все на кровле черепицы летним градом расшибем.
Если ж свадьбу он затеет, или родич, или друг,
До утра разверзнем хляби, так, что взмолится бедняк:
«Лучше б мне в Египте дохнуть, чем судить кривым судом!»
[213]
Стрепсиад
(с мешком за плечами выходит из дому)
До новолунья пятый, и четвертый день,
И третий, и второй, и тот, которого
Боюсь, и ненавижу, и пугаюсь я:
Последний страшный — «молодой и старый день».
[214]
Заимодавцы просьбу о взыскании
Пританам подадут, чтоб погубить меня.
Я ж буду их просить о снисхождении:
«Дружок, с должишком этим не тесни меня,
Тот — отложи, а тот — прости!» — «Расходов мы
Так не покроем!» — скажут, заругаются,
Судом пугая, обзовут мошенником.
Судите, сколько влезет! Мне и дела нет,
Раз Фидиппид кривым речам научится.
Сейчас узнаю. Постучусь в мыслильню.
(Стучит.)
Сократ
(появляется в дверях)
Стрепсиад
(отдает ему мешок)
Тебе привет! Подарок от меня прими!
Уважить мы обязаны наставника.
Скажи мне, сына обучил ты речи той,
Которую недавно здесь показывал?
Сократ
Стрепсиад
Хвала тебе, мать-каверза!
Сократ
Теперь любую выиграешь тяжбу ты.
Стрепсиад
А если в долг просил я при свидетелях?
вернуться
«Лучше б мне в Египте дохнуть…»— то есть в стране, где не бывает дождей.
вернуться
«Молодой и старый день»— день отдачи долгов, «молодой» по отношению к наступающему лунному месяцу и «старый» по отношению к истёкшему.