Предводитель хора
К какому же, владыка Дарий, речь свою
Ведешь итогу? Как народу Персии
Благополучней выйти из такой беды?
Тень Дария
Войной на греков не ходите в будущем,
Каким бы сильным войско наше ни было:
Сама земля их с ними заодно в бою.
Предводитель хора
Но как же может бой сама земля вести?
Тень Дария
Голодной смертью тьмы и тьмы врагов казня,
Предводитель хора
Бойцов отборных снарядим получше мы.
Тень Дария
Что толку? Даже те бойцы, что в Греции
Сейчас остались, в отчий не вернутся край.
Предводитель хора
Как? Значит, из Европы не воротятся,
Не перейдут пролива Геллы варвары?
Тень Дария
Лишь горсть вернется. Божьим прорицаниям
Должны мы верить, судя по событиям:
Коль что-то подтвердилось, подтвердится все.
А это значит — воинство отборное,
Пустой надежде веря, там оставил сын.
Оно на той равнине, где Асоп течет,
Поилец добрый беотийских пажитей,
И где в расплату за мечты безбожные
И за гордыню горе ожидает тех,
Кто, в Грецию явившись, позволял себе
Кумиры красть святые или храмы жечь.
До основанья алтари разрушены,
С подножий сбиты и разбиты статуи.
Так вот, не меньшим злом за это воздано
Теперь злодеям будет. Не исчерпана
Страданий чаша. Бед еще полным-полно.
И возлиянье совершат кровавое
Копьем дорийским греки под Платеями,
И цепь могил пребудет вплоть до третьего
Колена молчаливым назиданием:
Не заносись, мол, смертный, не к лицу тебе.
Вины колосья — вот плоды кичливости,
Расцветшей пышно. Горек урожай такой.
Возмездье это видя, вечно помните
Элладу и Афины. Своего добра
Не расточайте и, богатством собственным
Довольствуясь, не зарьтесь на чужой кусок.
Карает за гордыню карой грозною
Судья крутого нрава, беспощадный Зевс.
Так убедите сына — он нуждается
В совете дельном, в мудром поучении —
Заносчивостью дерзкой не гневить богов.
А ты, седая Ксеркса мать и милая
Моя подруга, в дом ступай и вынеси
Наряд пристойный сыну. Ведь лохмотьями
Висит на нем одежда разноцветная,
Которую он в клочья разодрал, скорбя.
Его речами успокой ты кроткими:
Тебя лишь, знаю, согласится выслушать,
А я спущусь под землю, удалюсь во мрак.
Прощайте, старцы! Даже среди горестей
Душе дарите радость каждодневную.
Ведь после смерти счастья и в богатстве нет.
Геракл, убивающий кентавра Несса. Роспись вазы. Конец VII века до н. э. Афинский музей.
Тень Дария удаляется.
Предводитель хора
О, сколько горя выпало и выпадет
На нашу долю. Слушал и страдал душой.
Атосса
О боги, сколько на меня обрушилось
Несчастий! Но всего больнее было мне
О том услышать, что позорным рубищем
Сын прикрывает нынче наготу свою.
Ну, что же, в дом направлюсь и, с одеждами
Нарядными вернувшись, встречу сына я.
Нам не пристало близких оставлять в беде.
(Уходит.)
СТАСИМ ВТОРОЙ
Хор
Строфа 1
Жизнью счастливой, по добрым обычаям
Жили мы, свято законы державы чтя,
В дни, когда правил
Всеми любимый, во всех побеждавший боях
Богоподобный старец, Дарий кроткий.
Антистрофа 1
Славой себя покрывали в походах мы,
Правопорядок повсюду, как башня, был
Нашим оплотом.
Без поражений, не зная ни бед, ни забот,
Домой мы приходили с поля битвы.
Строфа 2
Взял он тьму городов, хоть ни разу царь
Не ходил за Галис-реку,
[32]
Свой очаг не покидал.
Но и те, что живут у стримонских вод.
Сопредельники — соседи
Фракии равнинной,
Антистрофа 2
Как и те, что вдали от приморских мест
Крепостным укрыты валом,
Были Дарию верны.
И селенья у волн Геллы, и простор
Пропонтийского пролива,
[33]
И ворота Понта,
Строфа 3
И еще острова у рокочущих мысов
Нашего материка,
В рощах масличных Самос, и Лесбос, и Хиос,
Парос, Миконос, Наксос
И Андрос, лежащий
Близ Теносской земли.
Антистрофа 3
И владел островами открытого моря
Царь: Икар ему и Книд
[34]
Подчинялись, и Лемнос, и Родос, и в долах
Кипра Пафос и Солы,
И родоначальник
Наших бед, Саламин.