О том, что Слово должно быть семерично, ведь Оно ПРОЯВЛЕНО (как семеричен ПРОЯВЛЕННЫЙ Свет, из «лученосного Естества» которого сотворены все вещи Вселенной, ВСЯ ЖИЗНЬ), мы уже знаем. Луч — это не Источник. А следовательно, он не может быть Десять. Луч Света — это и есть Семь, которое «светит во тьме».
Эта небольшая глава не ставит целью размышлять о Космогенезисе. И все же мы должны лишь напомнить себе еще раз о величии Беспредельности и ее всемогущей творческой силе — Всеначальной Энергии Мысли.
Когда в середине своей Эволюции человек впервые излучил первую собственную мысль, тогда-то библейские Боги и сказали: «Он стал одним из нас». И, конечно же, Адам и Ева должны были сказать Им: «Благодарим Вас». Во всяком случае, они уже «могли» это сделать. Ибо одновременно с развитием Разума у человека начала развиваться и Речь.
Но если люди Третьей Расы (и то в ее конце) произносили лишь отдельные звуки — протяжные гласные, имитирующие звуки Природы, — то Четвертая Раса родила настоящее СЛОВО!
Это человеческое слово, которое было вначале, являлось материализованной духовной человеческой мыслью.
Я подчеркнула наречие «вначале» для того, чтобы обратить ваше внимание на чрезвычайно важное обстоятельство. В то давнее время люди, в отличие от нынешнего времени, знали об ответственности за каждое произносимое слово. Они не засоряли пространство свалками несжигаемого словесного мусора, уже застлавшего не только землю, но и небо.
Слово, воистину, может созидать или разрушать, творить добро или зло, — все ТОЛЬКО в воле человека, Ибо одновременно с разумом ему была дарована истинно божественная привилегия — свобода выбора, в поступках, в желаниях, в мышлении, называвшаяся Свободой Воли. Но первые люди знали об этой могущественной силе слова, а мы уже и слышать не хотим, превращая сведения об этом в шелуху, которую немедленно выплескиваем. Оттого большинство слов, произносимых современным человечеством, — лишь пустая безумная шелуха. И слава богу, что в нас не освобождена та сила, которую «вселяли» в произносимые слова ранние атланты.
Слово ранних атлантов одновременно было действием. Это изъявление воли духа. Если бы атлант захотел и, допустим, сказал больному, даже полностью парализованному: «Встань и иди!» — то это означало бы, что немощный уже исцелен.[263] Здесь была помощь в духе, добровольная, саможертвенная, радостная. Здесь не было никакого насилия над волей другого человека, не было никаких «установок» (как любит выражаться один из известных в последнем десятилетии XX века гипнотизер, он же телепсихотерапевт). «Установка», которая выдается им — одна! — на миллионы совершенно разных психо-духовных телепациентов, годится лишь для биороботов (есть в человечестве и такие существа), но не для людей. Даже самый черный колдун Атлантиды вряд ли бы решился на такой многомиллионный эксперимент. Слишком уж велико нарушение психодуховной среды человечества, слишком уж при этом тяжела последующая карма такого «психотерапевта».
Но в конце Цикла, на стыке Рас сознание людей наиболее затмевается, они лучше слышат голос низшей природы, нежели высокой. И потому невежество со всеми его трагическими следствиями просачивается во все щели бытия, как мелкодисперсный песок, приносимый в дома южно-азиатских стран знойным ветром.
Для передачи слова без звука Мудрые Наставники Четвертой Расы дали людям изобразительный знак — символ. Так появилась письменность.
Вместо хрупкой, недолговечной бумаги, для производства которой мы все активнее уничтожаем зеленые легкие своей планеты, атланты употребляли тонкие пластинки, похожие на фарфор, Освоили атланты и размножение текста.
Чтению, также как и арифметике, юных атлантов обучали в начальных школах. Для высших школ (вузов) отбирали наиболее развитых, наиболее талантливых учеников. Там молодежь уже изучала математику, астрологию, архитектуру и т. д., а тайны Природы, как уже было сказано, исследовались каждым учащимся при помощи собственных психических сил, осторожно и умело раскрываемых под наблюдением старших, опытных Наставников.
Но после достижения своей блистательной вершины цивилизация Четвертой Расы приступила к спуску. И вот на этом опасном этапе началось злоупотребление психическими силами, и оккультная мощь слова стала также употребляться не во благо людей, а во вред им.
Будем всегда помнить: психические силы индифферентны. И лишь в зависимости от того, с какой целью — злой или благой — они применяются, какая душа ими управляет — черная или белая, — они начинают именоваться черной или белой магией. Большинство атлантов последних субрас избрали путь зла, они стали черными магами той или иной степени.
263
Об оккультной мощи произнесенного слова мы уже говорили в Беседе восьмой первой книги (глава «Слово — тоже Семь»).