«Человек, который смеется» — Гуимплен — внешне уродлив, но внутренне прекрасен, все его поступки свидетельство тому. Он вначале бесправен и нищ, но в конце волею судьбы, как оказывается, он сказочно богатый наследник, сильный мира сего, наделен властью пэра Франции. Бедная девушка с божественным именем Дея — олицетворение Света, но она не видит свет. Она слепа от рождения, но видит. Она видит лучше всех зрячих, потому что воспринимает мир своим чутким сердцем. Она любит Гуимплена и он любит ее, но их чистая любовь испытывается искушением. Однако, могущественная соперница Деи — юная герцогиня — бессильна в своих изощренных попытках соблазнить уличного актера. Соблазнительница целомудренна телом, но в своем духе, сознании, она развращена до предела. Она внешне ослепительно прекрасна, но внутренне — сущий дьявол. Внешняя красота царственной искусительницы, вопреки логике, но по закону магнита, притягивается к внешнему уродству бродячего актера, а ее внутренняя порочная природа, изо всех сил напрягая свои низшие энергии, направлена к чистому, целомудренному юноше и безуспешно пытается дотянуться к недостижимому — к вершине нравственности.
Красота, богатство, неудержимый напор страсти, знатность — почти царственность искусительницы — это, казалось бы, серьезное испытание для нищего и уродливого юноши. Но это сильное искушение еще не самое опасное. У Гуимплена нет болезненного честолюбия, нет чисто физических животных страстей, нет даже признаков низшей природы. Поэтому все чары подобного искушения разбиваются о его чистоту, как волны о каменный утес. Но есть, как мы увидим, еще более сильное испытание для бесправного человека. Противоположность бесправия — власть, практически ничем не ограниченное могущество власти. Гюго подвергает своего героя и этому испытанию.
Но, скажем мы, разве у такого бескорыстного и прекрасного человека, у такой чистой души, как Гуимплен, может быть желание властвовать?
Может быть, и нет. А, может, и есть. Никто не в силах этого знать, пока не испытает себя.
Сам Гуимплен не смог бы точно ответить на этот вопрос. Даже если бы он, уверенный в своих качествах, и ответил отрицательно, ответ его должен быть обязательно проверен Высшим Судьей, его высшей душой. Проверен именно на деле, в жизни, а не на словах.[277] А для экзамена необходимы подходящие обстоятельства: и чем глубже притаилось желание, тем сильнее будет соблазн, — такова природа борьбы противоположностей.
Как только бедный уличный актер (шут фактически) превращается в сильного мира сего, его душа получает возможность испытания огромной властью. И мы видим, как сильно это искушение даже для такой чистой души, как Гуимплен. Но именно потому, что душа его была воистину чиста, схватка низшей и высшей природы в его сознании была кратковременной, почти мимолетной. Искушение было мгновенно побеждено, повержено в прах всей совокупностью высших духовных качеств Гуимплена.
Но энергия даже этой кратковременной вспышки одного из опаснейших врагов духовного человека — духовного эгоизма — была настолько мощна и настолько ядовита, что мгновенно… убила своей черной силой девушку — любимую Гуимплена — аллегорический символ его высшей души, его сердца. Дея умирает на его руках в момент его победоносного возвращения.
Но не нужно понимать эту аллегорию так, что высшая душа Гуимплена убита навсегда: совершенствование души — длительный и трудный процесс. Если мы вспомним, что происходит с нами после нашей очередной смерти, то понятнее будет и решение писателя сделать так, чтобы Дея умерла.
Мы уже знаем, что после нашей физической смерти в высшую душу из низшей души (или в Манас из манаса) переходят лишь высшие энергии физического ума, лишь возвышенные и прекрасные качества, выработанные человеком в жизни, на Земле — в физическом мире. Лишь в абсолютно белоснежных одеждах — без единого пятнышка — можно пройти по золотому мосту Антахкарана с берега материальной (низшей) природы на берег духовной (высшей), божественно чистой природы.
Гуимплен был прекрасным и почти идеальным человеком. Но именно это «почти» — те самые мгновения даже… мысленного упоения властью и помешали ему НАВСЕГДА слиться со своей высшей, божественной душой. Она (Дея) ускользнула от него, оставив его страдать-на земле.
277
Что слова?. Помните Гамлета, листающего книгу? Его спрашивают: «Что читаете, милорд?» — «Слова, слова, слова», — многозначительно, как всегда, отвечает Гамлет. Сколько безответственных слов выпускаем мы в пространство! Как мы умеем лгать, говоря… «правду»!