– Роматис, у нас игра завтра…
– Что вы понимаете, это Мольер… Я его с таким удовольствием освежил в памяти после того, когда на «Тартюфа» зимой ходил… Шикарный спектакль. Вон, у Довидаса спросите, я его, по-моему, там видел.
– Коршуновас? – Толстый на секунду отвлёкся от партии. – Был, ага. По бизнесу, правда, так что особо ничего не скажу…
– Ничего и не говори, – махнул рукой Артур. – Шикарно…
В своём кресле фыркнул временно забытый всеми Кишкис.
– Конечно, эпатажный Коршуновас – это шикарно, ага. Ну, для Литвы, может быть…
Римлянин обиделся:
– Ты, Андрей, тоже скажешь… В Литве, между прочим, очень сильная театральная традиция!
– А ещё теоретическая физика на очень хорошем уровне. Особенно по оптическим направлениям, – вдруг поднял голову Уж. – Об этом мало кто говорит, но на самом деле у нас очень уважаемые учёные есть.
– Хип-хоперы литовские котируются, – добавил Внук. – В Польше хип-хоп любят, если они что-то хорошее о наших говорят, так исключительно о том, что есть среди нас крутые ЭмСи. Не как поляки, конечно, но…
– Lindo, lindo, po manim palindo…42 – хором отозвались на это Демон и Балу, а Демон добавил.
– Да и литература в Литве не самая последняя. Вообще, считается, что нельзя критиковать культуру чужой страны, – при слове «чужой» он презрительно посмотрел на Кишкиса, – до того как не посмотришь пять местных спектаклей, не прочитаешь пять местных романов, не посмотришь пять фильмов и не послушаешь внимательно пять музыкантов. Хотя бы. Но отрицать чужую национальную самодостаточность, конечно, всегда легче.
– Закивали, пламп, – Кишкис подскочил с кресла. – Все такие правильные, такие молодцы. Культура у них и наука. И природа, и погода… И хип-хоп… Только, почему-то никто об этом не знает, вся ваша… Национальная самодостаточность… Кого не спроси, в баскетболе. Да и его – потеряли, поэтому мы здесь, если не помните. Национальная идея, ага. Пока не появилась возможность денег на ней сделать.
– Андрей, ты в порядке? – до этого молчавший Саулюс, аккуратно подошёл к другу. Приобнял его. – Что-то ты разнервничался…
– Да, блин… – Заяц хлопнул Кокса по плечу, показывая, что он успокоился, сел. – Просто они тут все невкивенные патриоты, у Литвы то, у Литвы сё… И ведь сами понимают, что обо всем этом знают единицы. А то, о чём знают все – пиво, баскетбол. От баскетбола в прошлом году отказались, что осталось? Так может, вместо того чтобы на меня нападать, кто-нибудь подумает о том, как расти детям, у которых национальная идея – пиво? Умные все… – Кишкис потряс головой и тихо добавил. – Детей жалко…
Демон, к которому возвратился нормальный цвет лица, снова всмотрелся в Кишкиса и, наконец, словно что-то для себя решив, кивнул.
– Андрей, ты всё-таки очень неприятный человек. Литовских детей не надо жалеть – они одеты, обуты, в массе своей накормлены. Баскетбол у них никто не отберёт, если хочешь – мы здесь как раз для того, чтобы его, как национальную идею, сохранить. Помимо прочего… Возможно, конечно, баскетбол не является лучшей национальной идеей, но чтобы воспитать у детей лучшую – их не надо жалеть. Их надо воспитывать. Но это сложно. Обидеться на страну, разочароваться, укатить на заграничную стройку и оттуда литовских детей жалеть – конечно легче, я тебя понимаю.
– Я не на стройке, я на фабрике, – буркнул Кишкис.
– Это, конечно, всё меняет, – согласился Демон и вернулся к книге. На этот раз окончательно.
Первый закончила партию пара Андрюкенаса–Лубинаса, где достаточно уверенную победу одержал Уж. Жильвинас после этого в компании Зайца поднялся наверх, а Внук остался следить за игрой Кости и Ка. Те играли в своё удовольствие, с заменами ходов и совместным обсуждением ситуации на доске – и в результате пришли к товарищеской ничье, которую вместе с Внуком, Римлянином и Коксом отправились отметить в бар.
– По одному бокалу пива и по номерам, Довидас. Честное слово, я за ними присмотрю, – заверил, заметив неодобрительный взгляд тренера, менеджер сборной. Довидас нахмурился, но промолчал. У него ситуация на доске развивалась не по его сценарию. Балу действительно оказался достойным соперником, и хотя Каритис сопротивлялся долго и даже пару раз, казалось, выровнял игру, в итоге ему пришлось признать своё поражение.
– Славная охота, – Прокомментировал это Демон, по-прежнему читавший в облюбованном кресле. – Зря Макс поболеть не остался…
Балу вздохнул, но, ничего не ответил. Ушёл в бар и вернулся к Демону с двумя бокалами пива.
– Давай, за победу. Спать пора.
42
Цитата из главного хита с первого платинного альбома популярной литовской хип-хоп группы «G&G Sindikatas»