Выбрать главу

А. С. Ревушкин, доктор биологических наук, профессор, проректор Томского государственного университета.

Введение

ПОСВЯЩАЕТСЯ сотрудникам Гербария Томского государственного университета

После окончания первой книги «Арабески ботаники» я уже наметил ее продолжение. И начать его следовало бы с жизнеописания Порфирия Никитича Крылова, который сорок пять лет был главой сибирской школы ботаники. И здесь я столкнулся с непреодолимыми трудностями. Поскольку я не историк, не работаю с архивными документами и все мои построения основываются на уже опубликованных данных, то оказалось чрезвычайно сложно найти материалы, рассказывающие о личной и повседневной жизни этого ученого. Многое утеряно, многое сгорело в пожаре в 1921 году, многое хранится в архивах неопубликованным. Только в последние годы группа томских историков под руководством профессора С. Ф. Фоминых стала открывать перед читателем «неизвестного» Крылова. Монументальность и целостность этой личности поражает. Он оставил после себя не только основополагающее руководство по определению растений «Флора Западной Сибири», но и воспитал достойных продолжателей — талантливых ботаников. С момента выхода первого тома «Флора Западной Сибири» прошло 90 лет. Это очень большой срок для подобного рода изданий. И самое удивительное, что аспиранты, совсем еще юные ботаники, до сих пор предпочитают ее современным определителям. Первичное определение идет «по Крылову», а уж потом современная номенклатура уточняется по «Флоре Сибири». Истертые не одним поколением ботаников, буквально зачитанные до дыр, эти книги до сих пор в строю. Это четкие определительные ключи, краткий и точный диагноз растений, который практически исключает двойное толкование признака, перечисление всех мест, где растение было собрано. Поражает тщательность флористического изучения: до сих пор есть виды, сборы которых не повторены и цитируются в новых определителях «по Крылову».

Гербарий – это не только скопление мертвых растений, «пылехранилище», в котором хранятся неподписанные гербарные листы. Прежде всего – это научное учреждение, иногда совсем небольшое, низведенное до одного сотрудника, но которое, тем не менее, призвано служить развитию ботаники. Без гербария ботаника лишается фундамента. Имя растения неразрывно связано с конкретным гербарным листом, который хранится в Гербарии. Невозможно представить флору любой территории без наличия гербарных материалов, собранных на его территории, определенных и разложенных в строгом порядке. Порядок в Гербарии — это не дань педантичности, но единственный способ его существования. Гербарий начинает «работать» при наличии не менее 20 тысяч листов. Чем больше объем Гербария, тем грандиозней ботанические задачи, которые могут решаться на его основе.

П. Н. Крылов всю жизнь строил Гербарий Томского университета и сумел организовать работу так, что до сих пор она ведется по его заветам. Несмотря на 120-летнюю историю Гербария, там сменилось только три хранителя: П. Н. Крылов (1885–1932), Л. П. Сергиевская (1932–1964), А. В. Положий (1964–2003). Сейчас судьба Гербария в руках четвертого хранителя — профессора И. И. Гуреевой.

Влияние личности Крылова было настолько велико, что буквально до недавнего времени, когда лазерные принтеры стали вытеснять рукописные этикетки, они подписывались его почерком, которому обучались наиболее доверенные сотрудники. До сих пор наиболее ценные образцы растений, помещаемые в фондовую коллекцию, монтируются на бумаге, припасенной П. Н. Крыловым сто лет назад, в исправности и хорошо работает гектограф, на котором печатаются этикетки. Разработанный метод хранения гербария в картонных коробках оказался чрезвычайно удобным для нашего неспокойного житья, с постоянным перетаскиванием гербария с места на место, и используется в гербариях всей Сибири.

Удивительна и загадочна жизнь Л. П. Сергиевской. Ее аскетизм, абсолютная преданность ботанике, граничащая с самопожертвованием, поражает и восхищает. Это благодаря ей Гербарий изумительно оформлен, составлены все необходимые каталоги, раз и навсегда установлен порядок. Благодаря ее титанической работе можно за считанные минуты найти любой вид. Ее повседневная жизнь проста — с утра и до ночи в Гербарии, ее духовная жизнь осталась тайной, которую уже не узнать.