На следующий день она приезжает к Марысе около двенадцати. Выглядит она невыспавшейся и измученной. Кожа у нее посерела, а глаза опухли. Несмотря на молодость, по ней видно, что она не спала ночь, что страшно нервничает и что это пожирает ее изнутри.
– Дорогая! – Марыся приветствует ее на пороге. – Меня мучит совесть. Ты так пашешь, а я отдыхаю.
– Что ты! – вскрикивает принцесса радостно. – Мне тоже не помешает немного активности. Реализация планов возбуждает меня до такой степени, что когда уже легла в кровать, то так почти до утра не могла заснуть.
Она говорит чистую правду.
– О боже мой! – хозяйка просто хватается за голову.
– Королевство – за кофе! – шутит Ламия. – Прошу крепкого черного кофе, который поставит меня на ноги!
– Уже варю! Все для нашего работяги!
– Как я и говорила, купила для нас служебные телефоны «BlackBerry». Я сразу на свой вбила кое-какие контакты и тебе скопировала. Конечно, ты добавишь себе свои любимые. Мне уже звонили из общественных организаций, я получила e-mail из Бахрейна, Катара и Йемена.
– Йемена? – удивляется Марыся. – Это прекрасно! Там для нас большое поле деятельности! Феминистки становятся все сильнее, но искоренение в этой стране обычая выдавать маленьких девочек замуж – это долгая история. Знаешь, когда я там жила, участвовала в демонстрации против такого замужества.
– Да? Правда? – спрашивает Ламия автоматически.
Видно, что она не слушает, ее мало волнует, чем Марыся занималась.
– В таком случае вбей себе быстренько еще эту организацию с центрами в Сане и Адене, пересылаю тебе link. Они больше всех нуждаются, и, может быть, им первым попробуем помочь.
Разумеется, она не упомянула, что под прикрытием благотворительной организации скрывается йеменская «Аль-Каида», которая своими щупальцами оплетает страны Аравийского полуострова.
– Супер! Как же я рада! – Марыся со всем согласна, поддакивает.
Она не может ни к чему придраться. «Ну девушка и работает! – восхищается полька и решает: – Я должна с нее брать пример, а не лениться».
– Кстати, о Йемене, я к нему сентиментально отношусь, так как…
– Окей, встретимся на работе, – прерывает признания принцесса, – времени нет. Еще много чего нужно сделать. Может, нужно будет туда лететь, – бросает она мимоходом. – Эта страна в состоянии постоянной войны. В их банки уже много времени не поступают средства. А знаешь, если идет война, то самое главное – это деньги для пострадавших. Там всегда на улицах толпы женщин-нищенок и детей-попрошаек. И сейчас это повсеместно. Этим людям некуда деваться, потому что они лишились домов, у детей нет крова… – напирает она на чувства молодой матери.
– Это страшно! А когда мы туда полетим? – Марыся почти плачет. – А то знаешь, с субботы начинается учеба[75].
– Любимая, мы постараемся это сделать до конца недели.
Ламия обещает это как собеседнице, так и себе.
– Но вначале мы должны закончить организационные дела здесь, на месте.
– Конечно, конечно, – соучредительница признает ее правоту.
– Собственно, чуть не забыла! Я окончательно договорилась об аренде виллы.
Она возвращается к волнующим ее проблемам. А это значит – прежде всего к деньгам.
– Парень хочет двести пятьдесят тысяч риалов в год. Это не много за такую халупу? – спрашивает она, слегка опасаясь, что переборщила.
– Вполне разумная цена, – признает Марыся. – Моя семья за небольшой домик с крохотным садиком в охраняемом поселке платит на сто тысяч больше.
– О, видишь! У нас первая экономия.
– Ламия, как же я рада! Ну ты и оперативная баба!
– Куда там! – принцесса скромно опускает глаза и отмахивается. – Так я лечу, дорогая! Сделаю перевод на счет, подгоню рабочих, чтобы закончили виллу, и отвечу на письма. Может, ты тоже вышли какой-нибудь e-mail со своего ящика в Йемен? В конце концов, ты знаешь реалии, твой опыт может пригодиться.
75
В Саудовской Аравии выходные – это четверг и пятница, а суббота – это первый рабочий день недели.