Ламия с Рамом ранним утром прибывают в Пхукет – столицу одноименной провинции. У них нет никакого плана. Взяв такси, они просят повозить себя по городу. Принцесса, видя толпы веселых, пьяных, вульгарых молодых людей с досками для серфинга под мышкой или с приспособлениями для подводного плавания, кривит губы. Понимает, что ошиблась.
– Вы уже нашли, где остановиться? – обращается к пассажирам водитель. – Здесь не самое интересное место. Лучше на острове. Это Камала – тихий прекрасный залив. Там останавливаются такие элегантные люди, как вы.
– Ты так считаешь?
Принцесса уже знает, что в этом убогом месте она свой план не реализует.
– У моей сестры очень приятный пансионат с видом на море, – предлагает он. – Могу позвонить и спросить, если ли у нее свободные номера.
– Не наглей! – не выдерживает Рам, видя, что шофер хочет воспользоваться случаем и по сути типичный посредник. – Сезон почти закончился, все комнаты пустые.
– Вы, наверное, не из этой отрасли! – возмущенный шофер смотрит прямо в глаза. – Сейчас наша страна стала настолько популярной, что туристы со всего мира не перестают приезжать. Даже во время муссонов сидят тут и прекрасно развлекаются. Так что? – обращается он к девушке, не отказываясь от мысли подзаработать. – Отвезти?
– Отвезти, – решает принцесса, а Рам только заводит под лоб глаза: эта разорившаяся баба по-прежнему думает, что ей здесь рады. Это начинает действовать ему на нервы.
Они едут по горному серпантину уже почти час. Пассажиры все больше засматриваются на морское побережье. Каждую минуту перед их глазами открываются то плантация пальм, то бухточки с разбросанными при них бунгало, резиденциями и дорогими отелями. В какой-то момент водитель внезапно поворачивает руль вправо, проезжает у огромного здания и направляется к низкому строению. Такси медленно ползет по мостику, переброшенному через канал, затем снова поворачивает и останавливает возле маленького белого домика, который стоит буквально в двухстах метрах от пляжа. Вход в пансионат со стороны запруженной улицы, но есть второй вход, для гостей, со стороны моря. С этой стороны все окна и балконы выходят на маленький бассейн, у которого стоят белые пляжные топчаны и столики.
– Ну, как вам? – довольно спрашивает таксист.
– Вполне, – Ламия утвердительно кивает головой.
– До моря близко, до дискотеки в центре – тоже, а с другой стороны улицы – магазин «Теско», где можно присмотреть подешевле еду или косметику. Жить – не умирать! Еще захотите продлить пребывание!
– А что это за большое здание, которое мы проезжали? – интересуется принцесса.
– А! Это отель для богачей, «Kamala Suprime Beach Resort», – говорит шофер с неодобрением. – Там сутки стоят сто пятьдесят долларов!
Он возмущается:
– Это грабеж средь бела дня, но все же если находятся доверчивые люди, то пусть платят. А в этом пансионате вы заплатите только пятьдесят долларов за сутки за то же самое и семейную атмосферу.
Таец болтает глупости, продолжая нахваливать место, и принцесса закипает, потому что мечтает остановиться в соседнем роскошном отеле, а не в побеленном бараке над каналом. «Что делать? Я еще все наверстаю! Еще встану на ноги!» – она старается вдохнуть в себя надежду, хотя и чувствует, что все уже кончено.
После быстрого вселения Ламия, морща нос, выходит из провонявшей сыростью влажной комнаты. Она решает сразу же приступить к делу. «Посмотрим, какие люди сюда приезжают, останавливаются, – думает она. – Может, он…»
Это проносится у нее в голове, а сердце бьется сильно, как птица, вырываясь из груди. Нет, это невозможно! Не бывает таких совпадений!
Элегантно одетая принцесса бродит по пляжу вдоль и поперек, вначале осматриваясь и наблюдая. Она с отвращением смотрит на грязные варунги[110], которые даже здесь работают, предлагая блюда местной кухни, которые, для непривычной к азиатским приправам принцессы, просто воняют. Но возле каждого из них выстраиваются очереди из иностранцев, которые шутят между собой о недостатке гигиены и возможности подцепить какую-нибудь противную азиатскую бактерию или вирус. Перед отелями или отелями-курортами, расположенными на побережье, расставлены специальные топчаны или бамбуковые столы на берегу моря, на которых лежат женщины и мужчины и с удовольствием принимают расслабляющие массажи. Каждую минуту к ним подходят местные торговцы и предлагают купить изделия ручной работы, подвески, браслеты из жемчуга, ракушки или полудругоценные камни, резные тарелочки, другие изделия и даже типичных для арабских стран деревянных верблюдов. Оборванные и грязные торговцы – преимущественно дети, которым легче вызывать жалость у богатых туристов и наскрести пару монет. Товары стоят от пятидесяти центов до пяти долларов, но, несмотря на это, их отгоняют, как назойливых мух.
110
Варунг (багаса) – небольшой семейный бизнес, часто тележка на колесиках, на котором овощи для продажи или блюда азиатской кухни. В Индонезии, Малайзии и Таиланде – неотъемлемая часть жизни и элемент культуры.