425 Двое сынов, летевших поспешно вниз по Эфиру.
Быстрые ноги свои придержали они на пороге.
С мест повскакали герои, увидев их появленье.
Зет, от усталости справясь с дыханьем едва, на расспросы
Им отвечал, как Гарпий они отогнали далеко
430 И как Ирида их помешала убить, и охотно
Клятвы богиня дала. А Гарпии в страхе ужасном
В недра огромной Диктейской пещеры стремглав погрузились.
Радостно весть такую Финей и все аргонавты
В доме узнали. В восторге Ясон обратился к Финею:
435 «Верно, Финей, какой-то бог хранил тебя в горе;
Нас сюда к тебе он привел из дальнего края,
Чтобы тебя от беды сыны защитили Борея.
Если смог бы еще он и свет пролить в твои очи,
Радость такую познав, я бы словно вернулся в отчизну».
440 Так он сказал, а Финей ему печально ответил:
«Друг Эсонид, невозможно и способа нет никакого —
Очи пустые вновь никогда загореться не смогут.
Вместо этого скоро пошлют мне боги кончину,
И по смерти я буду причастен к радости многой».
445 Так они без устали между собой говорили.
Ночь проходила, вставала уже к собеседникам Эос.
Стали к Финею сходиться возле живущие люди.
Каждый день по утрам они сюда приходили,
Долю своей еды ему принося постоянно.
450 Старец же им за это всем, даже самым убогим,
Прорицанья свои вещал и спасал от несчастья.
Вот почему, заботясь о нем, сюда собирались
Люди. Меж ними Паребий*, особенно старцем любимый.
С радостью в доме Финея увидел он этих героев.
455 Много Финей говорил о походе мужей превосходных,
Из далекой Эллады отплывших ко граду Эета.
Их корабль причалит к Финейской земле, говорил он,
И отогнать они смогут Гарпий, ниспосланных Зевсом.
Всех пришедших старик отпустил с напутствием добрым.
460 Лишь Паребия он задержал с аргонавтами вместе
И приказал ему овец привести для закланья.
Вышел Паребий, и царь сказал гребцам аргонавтам:
«О друзья, далеко не все ведь люди преступны,
И о добрых делах не все забывают. Паребий
465 К нам однажды пришел затем, чтоб узнать свою долю,
Много пред тем он горя терпел и мучился много.
Злая бедность терзала его, чем дальше, тем больше
День за днем нарастая невыносимо ужасно,
И никакой бедняку передышки не было вовсе.
470 Он за проступок отца своего платил воздаянье.
Тот однажды, деревья в лесу вырубая, вниманья
Не обратил на моленье нимфы гамадриады.*
Громко рыдая, она взывала жалобной речью,
Чтоб не рубил он ствола ее сверстника дуба, где долго
475 Жизнь она свою проводила; а он, не внимая,
Дуб срубил топором, молодой неразумный упрямец!
Вот почему столь тяжелую жизнь в дальнейшем послала
Нимфа ему и всем детям его. А я, как пришел сын,
О преступленье узнал и велел ему нимфе поставить
480 Жертвенник и совершить самому искупления жертвы,
Об искупленье молясь отцовской доли ужасной.
Он же, мною спасенный от богов ниспосланной кары,
Далее мной не гнушался, меня не забыл, и с печалью
Я отсылаю его, так хочет он быть при несчастном».
485 Так Финей произнес. Паребий же быстро явился,
Двух ведя из отары овец. Ясон благородный
Встал и с ним Борея сыны по веленью Финея,
Быстро воззвав к Аполлону, молясь прорицателю богу,
Жертву на алтаре ему совершили. К закату
490 День склонялся. Они приготовили пир изобильный;
А как насытились вдоволь вином и пищей, заснули
Возле канатов одни, другие же в доме Финея.
Утром напали пассатные ветры*, которые дуют
Сразу по всей стране. На то была Зевсова воля.
495 Есть молва, что нимфа Кирена в лугах у Пенея
Во времена стародавние стадо пасла. Было любо
Чистое ложе и девственность ей. Но бог стреловержец
Деву, пасшую стадо овец у реки, вдруг похитил
И от земли Гемонийской унес к окраинным нимфам, вернуться
Ст. 453. Паребий — по словам схолиаста, один из персонажей сказания о Финее, основного источника Аполлония.
вернуться
Ст. 471 сл. Тот однажды, деревья в лесу вырубая, вниманья / Не обратил на моленье нимфы гамадриады. — Гамадриады — нимфы деревьев, каждая из них живет жизнью своего дерева. История отца Паребия и оскорбленной им гамадриады очень близка к истории Эрисихтона из V гимна Каллимаха (ст. 738–779). Приоритет поэтов установить невозможно. В истории аргонавтов рассказ о Паребий и его отношение к Финею необходим, благодаря ему герои, отплывают, зная, что при Финее остается верный ему человек.
вернуться
Ст. 493 сл. Утром напали пассатные ветры… —Пассатные ветры — постоянные северовосточные ветры, дующие по направлению к экватору. О них подробно рассказывает схолиаст. В Южном полушарии пассаты дуют в обратном направлении, т. е. с юго-восточной стороны. Упоминание о них позволяет Аполлонию перейти к истории фессалийской нимфы Кирены. Для современников поэта история Кирены имела особое значение, так как нимфа была эпонимом соседней с Египтом страны и города, некогда заселенных выходцами из Греции. Во времена Аполлония вопрос о присоединении Кирены к Египту был центральным в политике первых трех Птолемеев, и в 245 г. до н. э. он завершился династическим браком будущего Птолемея III Евергета и Береники, дочери киренского правителя Магаса. Содержание мифа о Кирене следующее.
В Фессалии, на берегу Пенея, жила дочь лапифа Гипсея, или же бога реки Пенея, нимфа Кирена. О ней в «Каталогах» рассказывал Гесиод (фр. 215 сл. Меркельбах — Вест). Пиндар семьдесят первых стихов посвятил Кирене в IX Пифийской оде. Аполлоний использовал многочисленные источники, включая эти два. На родине Кирена пасла стада, и там ее увидел и полюбил Аполлон. Бог унес ее в Северную Африку (Ливия), и там она вышла победительницей в единоборстве со львом, о чем подробно говорит схолиаст Аполлония и упоминает во втором гимне Каллимах (ст. 91). Кирену приняли местные нимфы и очень ее полюбили. Они увели ее на Миртийский холм, где находилось святилище Аполлона. Там Кирена родила сына и назвала его Аристеем. Аполлон передал сына на воспитание кентавру Хирону, а когда тот вырос, перенес его в Фессалию. Места пребывания Аристея, имя которого является одним из эпитетов Зевса, называются самые различные. Это и город Фгия, и Афамантские луга, и гора Отрис, и берега реки Апидана. Во всех этих местах Аристей выступает как культовый герой, врачеватель и прорицатель, владеющий искусством Аполлона и Хирона. Его постоянно окружала вереница Муз, живущих в Фессалии. Диодор Сицилийский рассказывает, что, когда трагически погиб сын Аристея охотник Актеон, Аристей по воле Аполлона отправился на остров Кеос. Там под лучами безжалостного Сириуса от жажды и голода погибали люди (IV, 82). На пути Аристей посетил Аркадию и взял с собой жителей Паррасии, области и города, носящих имя своего основателя Паррасия, сына Ликаона. Этот Ликаон, сын Пеласга и аркадской нимфы Киллены, почитался как первый правитель Аркадии. На Кеосе существовал древний культ Зевса Икмейского, или Икмийского, т. е. Подающего влагу (Илиада, XVQ, 392 и I, 479). По преданию святилище этого Зевса возвел Фрикс, затем украсили его сыновья и аргонавты. Помимо предшественников Аполлония это же рассказывает Каллимах (фр. 75 Пфейффер).