Что я могла сделать для этого ребенка? Моя роль ограничилась лечением его от кишечных паразитов, малокровия и чесотки. А изменения в психике ребенка… Что ж, сомнительно, чтобы его психика пришла в норму без сложного специального лечения, которое недоступно для самоанцев.
Иоане был исключением. Среди многих тысяч маленьких жителей острова я встретила только одного такого, как он. Вообще без преувеличения можно сказать, что самоанские методы воспитания дают отличные результаты. Дети рано начинают учиться работать, но, вопреки мнимой занятости, у них достаточно времени для игр. Они живые, веселые и сообразительные. В отличие от своих европейских ровесников — дисциплинированны и послушны. Как врачу мне никогда не приходилось иметь дело с более рассудительными и милыми пациентами.
Азбука, а что дальше?
В одной сельской школе на Савайи я увидела на стене портрет вице-президента США того времени Хэмпфри. Портрет вырезали из обложки иллюстрированного журнала. Государственный деятель был погружен в меланхолическую задумчивость. Внизу неумелая детская рука написала по-английски: «Почему он грустный? Он грустный потому, что голоден».
Как нетрудно догадаться, это не было преднамеренной сатирой. Наоборот, портрет служил «наглядным пособием» по изучению английского языка. Пособий подобного типа можно отыскать в самоанских школах великое множество. Их поставляют американские цветные периодические издания, наполненные рекламой и фоторепортажами из жизни высших сфер общества. Благодаря им у молодых приверженцев трудного искусства чтения и письма по-английски складывается мнение, что жизнь в Соединенных Штатах Америки представляет собой сплошную полосу интимных вечеринок в обществе кинозвезд, прерываемых изредка короткими эпизодами стрельбы с бедра с подбрасыванием револьвера. Благодаря английским традициям, перенесенным на самоанскую почву через Новую Зеландию, здесь укоренилось убеждение, что европейцы с удовольствием проводят время за различного рода чаепитиями. И нередко к туристу в деревне подходит самоанский малыш и вежливо приглашает его зайти в фале на morning, afternoon or evening tea[39] в зависимости от времени дня. Эта смесь гостеприимства островитян с консервативной английской номенклатурой производит забавное впечатление. Припоминаю, что как то раз поздним вечером я вышла из больницы в Апиа, где навещала подругу после родов. На газоне перед родильным отделением сидела самоанская семья. Самоанцы разложили на циновках еду: таро, бананы и куски рыбы. Увидев меня, тотчас же поднялась какая-то солидная матрона и плавным движением пригласила занять место рядом с собой.
— Не выпьете ли вы с нами вечернего чая?
Изучение английского языка на фоне общих школьных проблем, вероятно, после системы матаи наиболее острая проблема на Самоа. Знание этого языка для самоанца представляет собой несколько большее, чем просто снобизм. Очень редко, по все же встречаются и такие самоанцы, которые считают, что английский язык — это патент «благородства», волшебный ключик к почести и должностям. Поэтому они охотно пользуются им даже в кругу земляков. Большинство же попросту понимает, что хочешь или не хочешь, но без знания английского языка невозможно получить образование и сделать карьеру. Это проявляется уже на уровне начальной школы. Ребенок начинает учиться в шесть лет. Первое время он не пользуется учебниками, а учится только тому, что показывает и пишет учитель на доске. Сразу же обращает на себя внимание существенная разница в уровне обучения языку между сельскими школами и столичными, в которых английский язык вводится уже в первых классах начальной школы как один из изучаемых предметов или как язык, на котором ведется обучение.
Если сельский ребенок желает в будущем получить среднее или университетское образование, — а в деревне живет две трети детей, — то он должен быгь исключительно талантлив, чтобы конкурировать с одной третью городских детей. В течение года только сорок самых способных маленьких жителей деревень имеют шанс поступить в так называемую intermediate school — переходную школу в Апиа, где за десять месяцев напряженного труда в классе ускоренного обучения они осваивают уровень знаний выпускников столичных начальных школ. Затем деревенские и городские дети учатся вместе. Из них будут отбирать кандидатов в общеобразовательные лицеи, учительские лицеи, Техническую школу и Школу тропического земледелия, которые готовят местную интеллигенцию и различных специалистов. Постепенно они заменят европейских экспертов и высших государственных чиновников.