Вот как он описывает свои впечатления от Украины:
«Моё состояние обострено потому, что хоть с каждым годом Украина, как независимое государство, становится старше, но ничего не меняется в языковом вопросе. Таким образом ситуация выглядит каждый раз всё более безнадёжной».
«Украинский язык разговорно можно услышать только в западных областях и даже это меняется, потому что с каждым годом туда приезжают русские или иные неукраинцы».
«В Киеве на улице за пять дней услышал только раз украинский… Во всех моих коммерческих мероприятиях необходимо было просить украинский язык. Только иногда был отклик на мои просьбы».
«Украинский язык никогда не пройдёт в параллельном отношении с русским».
«Сегодня, через 16 лет, украинская Украина – это только надежда. Действительность оказывается иной».
«К сожалению, Украина до сих пор – не нормальное государство».
«Мне кажется что на Украине, где государственным языком должен быть украинский, он никогда таким не будет, если не осознать, что малороссийство это болезнь, которую необходимо лечить». [89] [90]
Очевидность наблюдений Лозинского понятна и абсолютно естественна, если учитывать, что по свидетельству тех же экспертов из американского Института Гэллапа (Gallup, Inc) для 83 % жителей Украины родным языком является русский. [91] Но этот факт полностью противоречит сверхценной идее Лозинского, в соответствии с которой родным языком для всего населения Украины должен, просто обязан быть украинский. «Свидомэ» сознание пана Аскольда ещё способно воспринять очевидную неизбежность реальной действительности - то, что украинский язык никогда не будет родным и даже разговорным не то что для всех, но и для большинства граждан Украины. Но его повреждённый сверхценной идеей разум не способен принять эту неизбежность. С его точки зрения, реальная действительность абсолютно не соответствует его сверхценным идеям, а значит, эта действительность ущербна, значит, она требует самого решительного исправления через принуждение.
Игнорируя противоречащие его сверхценностям исторические факты, Лозинский исходит из того, что если якобы когда-то «москали» насильно русифицировали «украинцев», то точно так же можно сейчас насильно украинизировать всё неукраинское население Украины. По его мнению, этого требует высшая справедливость, во имя которой он готов заставлять других людей делать то, чего они делать не хотят, и быть тем, чем они по своей сути не являются. Для любого «свидомого» насилие во имя тотальной украинизации – это необходимое лечение т.н. «малороссийства» подавляющей части граждан Украины. В их деформированное сверхценными идеями сознание не способна прийти мысль о том, что то, что они презрительно называют «малороссийщиной», на самом деле является действительной природой большей части жителей нашей страны, которую когда-то украинофилы переименовали в «Украину». «Свидоми» не способны понять тот простой и очевидный факт, что большинство жителей Украины по своей ментальной, языковой и культурной сути – русские. Вожди украинства берут на себя право решать за других людей, кто они такие, на каком языке им думать и говорить, какие у них ценности и святыни, какая вера, чего они хотят. То есть, вожди украинства, во имя своих идеологических сверхценностей не видят в украинских гражданах свободных людей. В их восприятии люди всего лишь неодушевлённые предметы, из которых хорошо бы симметрично выкладывать слоганы типа – «Україна понад усе»!
В связи с этой особенностью «свидомых», ранее, в работе «Некрофилия и культ голодомора» уже описывалась некрофилическая суть украинства на примере анализа личности Виктора Ющенко, где был сделан следующий вывод: «Дело даже не в сути политических доктрин украинства. Дело в том, что оно пытается изменить людей и мир для того, чтобы эти люди и мир легко встраивались в придуманные кем-то идеологические схемы. Суть украинства вмещается в одной фразе – «ты должен…». Причем это «ты должен…» относится к сущности человека. Человек «должен» быть таким-то и таким-то, тем-то и тем-то. Но когда кто-то кричит о том, что все «должны быть…», то как правило, это «должны» относится не к «кому-то», а к «чему-то». «Они должны быть ЧЕМ-ТО». При таком подходе человек теряет свою субъектность и превращается в объект, нечто неодушевлённое, некое подобие предмета. Именно поэтому украинство это идеология некрофилов, предназначенная для людей-предметов, то есть для людей, лишенных возможности выбора (т.к. они «должны»), лишенных личной свободы, а поэтому и лишенных жизни. Это не уникальное явление. Любая тоталитарная идеология несет в себе некрофилию так как стремиться подавить человеческую свободу, превратить человека в вещь, в нечто неживое. В этом смысле, как было сказано ранее, украинство - это уцелевший рудимент прошлого». [92]
90
А.Лозинский «Україна не шанує своїх героїв» (http://maidan.org.ua/static/mai/1184608856.html)
91
Эксперты США утверждают, что для 83 % украинцев родной язык – русский (http://www.ruska-pravda.com/index.php/20080915211/stat-i/ideologija/83.html)
92
А. Ваджра «Некрофилия и культ голодомора» (http://www.ruska-pravda.com/index.php/20081201821/stat-i/arhivy-andreja-vadzhry/2008-12-01-16-43-48.html)