— Господь не п-попустил вам, оглоедам, помереть. Так вот, если ты помнишь, и за меньшие грехи простой люд поднимал на колья власть имущих. А тут ещё и д-дева смарагдоглазая да чары сатанинские… — он улыбнулся собственному архаичному слогу. — Ласковее надо с ними быть, сын мой. Д-добрее.
— Тогда смерды совсем страх потеряют, — повёл челюстью Гийом. Он ощутимо расслабился, плечи опустились, пальцы перестали теребить ткань робы. Тишина легла на комнату.
— А что расследование? — уточнил сероглазый. Де Гиш приободрился и начал махать рукой.
— Ну, во-первых, я выяснил, что все рыбаки, погибшие в море после появления девчонки, погибли не сами. Удалось вытрясти из свидетелей… — он поморщился. — Что-то появлялось и утаскивало их под воду. Никто не вспомнил, что именно. Но оно приходило — это точно.
Далее, — рассказ продолжился, — я обнаружил в холмах алтарь Нехаленнии. Из тех, что мы считали давно разрушенными. Дрянная богинька, хоть и прикрывалась всяким… Якобы «вела верным путём через западные моря». А что полагали на западной стороне мира египтяне? Верно, Дуат. Страну мертвых.
Но хуже всего, — голос упал до шепота, — что на алтаре лежало яблоко. Точно такое, что имелось при себе у ведьмы в ту ночь. А ведь своё ведьма съела. И потом ушла. Всё это не ободряет…
Мужчины снова замолчали. Сероглазый спросил:
— То есть, девчонка вас всех ст-травила?
Гийом поник. Больше всего он теперь напоминал пса, которому сказали, что он плохо себя вёл.
— Выходит, что да. Заманила инквизитора в глушь. Спровоцировала крестьянский бунт. Дождалась, пока люди не начнут друг друга убивать. И воспользовалась этой гекатомбой. Накормила свою богиню и влила себе сил…
Снова зазвенела тишина. Она придавливала де Гиша, вминала его в тени на полу. Потом раздался тихий, ироничный голос:
— Но нельзя не п-признать, что опыт вышел полезным.
Оба собеседника негромко рассмеялись — один с пониманием, другой смущённо. Человек за столом поцокал языком.
— А что твой новый послушник?
Гийом сделал сложное выражение лица. В нём было возможно прочитать многое — и ничего. Почесав переносицу, инквизитор задумчиво произнес:
— Нет, парень-то неплохой. Щенок ещё, но от иллюзий избавился. При всём прочем, это славно. Решил дать обеты нашего ордена, — мужчины осенили себя крестным знамением. — Книги свои, правда, сжечь порывался. Еле уговорил сдать в библиотеку. Вы бы видели, какой там Платон…
Де Гиш мечтательно возвел очи горе. Потом посерьёзнел и сложил руки на животе.
— Ну ничего. Нам с ним обоим ещё есть, над чем поработать.
Непричастность отца Брауна
Автор:Дариана Мария Кантор, Мария Аль-Ради (Анориэль)
Краткое содержание: Курт расследует неслыханную по своей наглости попытку его ограбить
Еще не окрепшее мартовское солнце пригревало изо всех своих невеликих сил, по временам побеждая зябкий холод, приносимый пронизывающим ветром. К счастью, добротная куртка, подарок кёльнского кожевенника Мозера, неплохо защищала от знобких порывов. Зато настроение у майстера инквизитора в противовес погоде было отвратное. Вот уже третий год пятнадцатого марта завязывалась какая-нибудь долгая и неприятная история. Сначала Маргарет, потом отравленный глювайн, а на этот раз какие-то в край обнаглевшие грабители нацелились украсть прямо у него из комнаты подаренную помощником книгу, а при попытке их остановить вознамерились вдобавок прикончить и самого именинника, невзирая на чины и звания. А когда сие у них по чистейшей случайности не вышло, оставили после себя труп своего же подельника, так удачно поймавшего предназначавшийся Курту арбалетный болт, и скрылись. Спасибо хоть книгу так и не унесли. И вот теперь вместо того, чтобы сидеть дома и наслаждаться иноземной литературой, он вынужден тащиться через полгорода, дабы вытрясти из аптекаря, продавшего Бруно злополучный томик писанины, ответы на вопросы, где он этот томик взял и кому должен был передать.
Путь Курта лежал к расположившейся между двух богатых лавок неприметной аптеке[61]. На разговор с потенциально самым ценным свидетелем он направлялся в одиночестве: выданные помощнику поручения, по расчетам майстера инквизитора, должны были занять его pro minimum на ближайшие несколько часов.
Курт толкнул недовольно скрипнувшую дверь и прошагал в плохо освещенное помещение, снабженное прилавком и многочисленными полками и шкафчиками, заполненными банками и баночками. На одной из полок, в точности как и описывал помощник, разместились книги. Их было на удивление много; сие заведение не производило впечатления богатства, а книги, выставленные тут на обозрение, едва ли стоили меньше, чем весь остальной товар.