Работать одному все еще было немного непривычно — бывшего помощника после столь стремительного карьерного взлета ныне одолевали совсем другие заботы. От предложений выбрать себе напарника из выпускников-макаритов Курт отказывался, ибо помнил слишком хорошо, каким неопытным желторотиком был когда-то сам, несмотря на свой cum eximia laude[70], и теперь не горел желанием нянчиться с новичком.
Лошадь под ним дернулась и, кажется, попыталась ускориться. Почуяла близкое жилье? До места назначения, коим был замок местного барона, Георга фон Роха, по подсчетам Курта, оставалось не меньше дня пути. Должно быть, постоялый двор. Курт вскинул голову и попытался разглядеть хоть что-то сквозь струи дождя; ему показалось, что вдалеке он и правда увидел какую-то темную массу, сходную очертаниями с домом. Воодушевленный близостью еды, тепла и крепких стен, дающих защиту от разверзшихся хлябей небесных, он выпрямился в седле и покрепче сжал поводья; понукать лошадь не требовалось.
Ожидания его были оправданы в полной мере: вскоре он ясно смог разглядеть большое деревянное строение, оказавшееся ничем иным, как придорожным трактиром. В такую погоду постояльцев в нем не сыскалось вовсе, и потому хозяин оказал Курту более чем радушный прием. Правда, Курт все же заметил мелькнувший в глазах хозяина страх при виде Signum’а, но ужин ему подали вполне сносный и комнату отвели едва ли не лучшую. Вознеся краткую молитву о прекращении дождя, Курт завалился в кровать и тотчас уснул.
То ли молитва его возымела действие, то ли в небесной канцелярии решили, что племя человеческое еще недостаточно нагрешило для второго Потопа, только наутро дождь и вправду закончился, но воздух по-прежнему был влажным и холодным, так что особенно обольщаться не стоило. Спросив у хозяина трактира, долго ли ему еще ехать до владений фон Роха и получив ответ, что посуху-то к закату всенепременно добрался бы, а теперича, значит, не раньше ночи поспеет, Курт отправился дальше.
Настроение у него, несмотря на прекратившийся дождь, было пасмурное. С некоторых пор баронские замки, запрятанные в глухомани, вызывали у него крайне мрачные ассоциации, а сейчас он направлялся именно в такой замок. Оставалось надеяться, что история с Курценхальмом не может повториться. Впрочем, отличия все же были: на сей раз инквизитор ехал не по opera anonyma; владетельный барон фон Рох сам отправил запрос в канцелярию и требовал следователя как можно скорее. Один за другим в течение года погибли два брата барона, и он заподозрил в этом злое колдовство. Курт в очередной раз припомнил содержание письма: погибшие Ульрих фон Рох и Михаэль фон Рох, тридцати шести и тридцати двух лет соответственно, свидетелей нет, прямых доказательств, что смерть наступила в результате maleficia, тоже нет; вернее, таких доказательств не нашел барон, но это не помешало ему забить тревогу. Посему он и запросил помощи инквизиции в расследовании гибели его братьев. Может статься, что никакого колдовства и не было, а причиной смерти стал несчастный случай или, что, как подозревал Курт, ближе к истине, кто-то возымел зуб на семью барона, и братья его оказались жертвами обычного убийцы. И если так, то у оставшегося фон Роха есть все причины для опасений за свою жизнь, ergo следователю первого ранга Курту Гессе будет над чем поработать.
После полудня дождь пошел снова, но не такой сильный, как накануне, впрочем, дорога стать хуже просто не могла, так что Курт все же планировал добраться к ночи, как и обещал трактирщик, до замка фон Роха. В сумерках пришлось передвигаться еще медленнее, так что когда он понял, что почти прибыл на место, было уже совсем темно. Рва с водой вокруг замка не наблюдалось, должно быть, его давно засыпали, а ворота предсказуемо оказались закрыты.
— Кого дьявол носит по ночам? — спросил откуда-то сверху раздраженный мужской голос, когда Курт от души постучал в ворота. Задрав голову, Курт увидел физиономию стражника, выглядывавшего из надвратной башенки и силящегося разглядеть незваного гостя в свете факела.
— Святая Инквизиция, открывайте. — Курт вытащил из-за пазухи Signum и приподнял повыше, чтобы стражник мог рассмотреть.
Физиономия исчезла, за воротами возник какой-то шум, Курт различил несколько голосов, и через пару минут открылась неприметная калитка. Во дворе его встретил пяток вооруженных солдат, Курт хмыкнул. Один из вояк, очевидно, командующий остальными, заговорил с ним.
— Не сочтите за дерзость, майстер инквизитор, но нельзя ли взглянуть на ваш Знак еще раз?