Ланц вдохнул, выдохнул, опуская руки и отступая назад. Сел на поднятый Густавом табурет, оперся локтями о низкий стол.
- Перерыв, - бросил он отрывисто, не глядя на исполнителя. - Увести в камеру. Воды не давать!
Когда тяжелая дверь захлопнулась за двумя стражниками и охающим обвиняемым, Дитрих уронил голову на руки и шумно выдохнул.
- Тебе надо успокоиться, - участливо проговорил Райзе.
- Знаю, - отозвался Ланц, не меняя позы.
- Послушай, Дитрих... Может, не стоит тебе все же самому это дело вести? Я понимаю, тебе сейчас немудрено сорваться. Может, лучше я?
- Ты не понимаешь, Густав, - глухо выговорил Ланц, поднимая голову и переводя на сослуживца тяжелый взгляд. - Я должен расследовать это дело сам. Сам, понимаешь? Это все произошло из-за меня, из-за моей службы, возможно, из-за какой-то допущенной мной ошибки...
- Не пускайся в самоуничижение, - Густав предостерегающе поднял руку. - Это могло случиться с любым из нас. И сомневаюсь, что, окажись я на твоем месте, вел бы себя спокойнее, но сейчас - прости, Дитрих, - ты неработоспособен.
- Я успокоюсь, - упрямо ответил Ланц, беря стоявший на столе кувшин и наливая себе воды. - Возьму себя в руки и продолжу допрос ad imperatum[42]. Если я еще раз сорвусь, - добавил он, поймав скептический взгляд Райзе, - иди к старику, пусть отстраняет меня от дела. Но попробовать еще раз я должен.
- Ну, попробуй, - с ноткой сомнения произнес Райзе, поднимаясь. - А я пойду пока, отправлю кого-нибудь в эту "Ляжку", может, удастся что проверить.
Когда через полчаса Говард Шварц снова переступил порог допросной, следователь третьего ранга Дитрих Ланц был холоден и спокоен, во всяком случае внешне. В душе его продолжала бушевать буря, но он упорно загонял ее в дальние закоулки рассудка, не позволяя захлестнуть себя целиком.
- Итак, - проговорил он сухо, когда подследственный был водворен на прежнее место напротив допросчиков, - повтори еще раз, только кратко, кто, где и как тебя нанял.
- Я ж уже все рассказал, господин следователь, - заныл обвиняемый. - В "Доброй ляжке" в прошлый четверг подсел ко мне этот тип, в плаще, не назвался, денег обещал...
- Как он выглядел? - оборвал его Ланц. - Рост, фигура? Худой, толстый, широкоплечий, щуплый? Оружие при себе было? Голос молодой или старый?
- Толстый! - поспешно выдал Шварц, старательно закатив глаза к потолку. - И низенький. Он когда подходил, я еще подумал, дескать, вот же колобок катится...
- Ты вспоминай, а не ври, - с явной угрозой в голосе произнес Дитрих. В том, что парень сочинял на ходу, сомнений не было ни малейших.
- Да не вру я! - показательно обиделся Шварц. - Говорю, как на духу!
- Все же мало я тебе всыпал, - проговорил Дитрих, ощущая неожиданную усталость, погребавшую под собой даже злость и ненависть к убийце его детей. - Добавь-ка ему для вразумления, - велел он, обращаясь к исполнителю.
Тяжелая плеть хлестнула поджигателя по спине, вспарывая кожу. Шварц взвыл и изогнулся всем телом. Второй удар, похоже, зацепил место ожога, и последовавший за ним истошный вопль эхом отразился под каменными сводами.
Дитрих коротким жестом остановил exsecutor"а, уже занесшего руку для третьего удара, и вперил тяжелый взгляд в допрашиваемого:
- Теперь будешь говорить правду?
- Да не помню я, как он выглядел, - чуть не плача, простонал тот. Парня била крупная дрожь, дыхание сбилось, по иссеченной спине стекали струйки крови. - Не помню... Не приглядывался я, когда он подходил, а потом он сидел. Когда встал, тоже не рассматривал... обычный такой. Невысокий, а фигуру под плащом не разобрать было. Не запомнил я.
- Теперь верю, - кивнул Ланц хмуро, с сожалением понимая, что наемник, скорее всего, действительно не запомнил, как выглядел его наниматель. - Где и когда вы условились встретиться для получения денег?
- Он сказал, сам найдет, как узнает, что дело сделано, - буркнул Шварц. - Только ему надо было, чтоб вы, майстер инквизитор, того... А вы это, выжили, и весь город про то знает. Так что заказ я, выходит, не выполнил, и искать меня он не станет. Это правда! - горячо добавил подследственный, глядя на дознавателя с неприкрытым страхом.
- Ясно.
Дитрих потер виски, скользнул взглядом по разложенному перед Райзе протоколу и коротко бросил, обернувшись к исполнителю:
- Увести. Довольно на сегодня.
- Пока это все, что удалось из него вытрясти, - подытожил Дитрих свой краткий отчет и положил перед обер-инквизитором протокол допроса. - Завтра продолжу, когда появятся сведения от агентов Густава.