Давид занервничал:
— Но карабахские армяне не хотят видеть себя в этом списке, не хотят становиться гражданами Азербайджана. Вы должны понять это раз и навсегда! Население Карабаха обладает правом на самоопределение…
— Если они этого не хотят, то могут отправляться в другое государство. Например, в Армению. А Карабах — неотъемлемая часть Азербайджана. Конечно, каждый народ обладает правом на самоопределение, но не забывайте, что армяне воспользовались этим правом и создали Республику Армения. Короче говоря, любой армянин, которому не по душе азербайджанское гражданство может переселиться в страну, созданную своим народом.
Тут Заур заметил нахмуривающиеся брови грузин и понял, что озвучил мысль, которая их никоим образом не устраивала — это доказывали головы осетин и абхазов, которые покачивались в знак согласия. Но прочно укоренившееся в нем мнение о глубочайшей бессмысленности подобных конференций убедило его не переживать о сказанном.
— Я считаю, что если футбольные команды ваших стран проведут игры в Азербайджане и Армении, это создаст некую почву для сближения ваших народов, — сказал Эрнст.
— Вы мыслите как настоящий европеец. Понять вас не трудно. Но учтите, что в наших странах спорт никогда не воспринимался в качестве символа мира. Это невозможно, — сказал Артуш.
— У нас больше миллиона беженцев и переселенцев. У кого-то армяне убили родителей, у кого-то брата или сестру. Проводя на их глазах такое мероприятие, мы не можем дать гарантию, что кто-то не выскочит на стадион и не причинит армянским футболистам в лучшем случае увечье. Мы не можем поднять флаг и сыграть гимн страны, захватившей 20 процентов наших земель. Это наше категорическое мнение. Мы не согласны проводить встречи наших сборных ни в Баку, ни в Ереване. Азербайджан высказал свое мнение УЕФА. Игры могут проводиться только лишь на нейтральных стадионах, — сказал Заур.
— Мы представители НПО, господин Джалилов. Наш лексикон должен отличаться от лексикона политиков и рядовых граждан. Я абсолютно согласен с господином Копфом. Говорим о гражданском обществе, говорим о миротворчестве, а потом приступаем к взаимным обвинениям. Мы не на рыцарском турнире. Я догадываюсь, что стоит за обвинениями моего коллеги Заура — он боится жесткой встречи после своего возвращения в Баку. Не хотелось, чтоб у него были проблемы. Поэтому прошу присутствующих отнестись к нему с пониманием, — сдержанно сказал Артуш.
— Азербайджан не Армения, где оказывают давление на инакомыслящих. Во всяком случае, был расстрелян ваш, а не наш парламент, — ответила ему величественная Диляра.
— А Эльмара Гусейнова, главного редактора журнала «Монитор», тоже армяне убили?
В этот момент корреспондентка газеты «Асавал-Дасавали» Нино Думбадзе закричала с места:
— Сколько можно говорить об Азербайджане и Армении? Учтите, есть и другие вопросы, подлежащие обсуждению.
Гурген Агаджанян перебил Нино:
— Заур и Диляра говорят об агрессии и оккупации. Какая еще оккупация?! Народ Карабаха не хотел оставаться в составе Азербайджана и решил отделиться. А Азербайджан не захотел это допустить. Мы были вынуждены ответить войной на войну. Что может быть естественнее? Теперь здесь мы выслушиваем выступления о культуре совместного проживания. Как мы можем жить с этим народом вместе? Чтобы понять каким будет их отношение к карабахским армянам достаточно взглянуть на хачкары[5], на наши древние церкви, разрушенные в Казахском районе и Нахчыване. В Азербайджане систематически уничтожаются армянские исторические архитектурные памятники. Они хотят стереть следы армян отовсюду и в итоге добиваются этого. Я говорю о разрушении церкви Святого Саркиса в Казахе, находящемся в приграничной зоне. Если учесть, что вандалы используют при этом технику, выходит, что это целенаправленный вандализм, руководимый государством. Исполнительный комитет Газахского района заявляет, будто не знает о таком факте. Церковь Святого Саркиса обладает огромным историческим и архитектурным значением. Это один из древнейших памятников Таушского региона Древней Армении, созданный в 1163 году.
— Следите за словами! Не Тауш, а Товуз! Это древний тюркский край, я сама из Товуза. Он никогда никакого отношения к армянам не имел! — вскочила с места Севда.
Багровый Гурген покачал головой:
5
Крест-камни, армянские памятники средневекового искусства, обычно устанавливаемая у дорог, при монастырях, внутри и на фасадах храмов.