В народе долго жила правдивая поговорка, появившаяся, кажется, в трудный для России 1812 год. Тогда, как вспоминали после старожилы. многие купцы Арзамаса выписывали газеты, пугающие сводки о продвижении наполеоновских полчищ вглубь России, оставление, а затем сожжение Москвы и родили вот эти слова: беды да печали на почтовых примчали…
Почту в старину выделяли перед другими конными. Только почтовые тройки могли мчаться по городу с отвязанными колокольчиками, оповещая жителей о прибытии «вестей из всех волостей».
В 1813 году почтовая станция размешалась в доме купца Белянинова, затем в городском доме водоватовского помещика Чемоданова и далее в домах В. С. Софонова и мещанина А. И. Иконникова.
Долго служил в Арзамасе почтмейстером подполковник Залесский. В 1823 году он получил очередной высокий чин надворного советника. Проходит Залесский по почтовому ведомству и в 1831 году. Почтальоном по городу — Павел Тимофеев.
1854 год. Почтмейстером в городе надворный советник Иван Иванович Дрейер. Помощником у него титулярный советник Аркадий. Андреевич Любовников. Сортирующим корреспонденцию Александр Николаевич Чижов, который затем в 1860 году служил уже помощником почтмейстера в чине коллежского секретаря.
Во второй половине XIX века почтовая связь все более совершенствуется. В 1874 году от Нижнего Новгорода до Арзамаса почтовые тройки летали уже четыре раза в неделю.
В 1895 году начальником почтовой конторы, а она размещалась в том же двухэтажном каменном доме Беляниновых, что на стыке Ильинской и Рождественской улиц, Федор Павлович Благодатский, который оставался в той же должности и в 1903 году.
Как и теперь, двести лет назад, почтовое ведомство России предлагало населению выписывать разные периодические русские и иностранные издания.
Подписчиками были, конечно, дворяне города и уезда, реже купцы.
Нижегородский губернский почтамт объявлял на 1784 год следующие «газеты, ведомости и журналы по данному реэстру»:
«1. Московские ведомости, за год — 12 р.
Один Экономический Магазин — 7 р.
За ведомости ж вместе с объявлениями и Магазином —17 р.
Ведомости ж без объявлениев — 8р.
А с Магазином — 13 р.
Санкт-Петербургский с прибавлениями и объявлениями, на белой бумаге —15 р.
на ординар, бумаге — 12 р.
На немецком языке:
С.-Петербургские Ведомости, без прибавлениев — 7 р. Алтоновские, Гамбургские, Эрлангские, Берлинские — 16 р.[25]Кенигсбергские — 14 р.
На французском:
Утрехские, Лейденские, Келенские, Курье-Дебарские, Журнал Дяовин — 22 р.[26]Журнал Энциклопедия — 24 р».
«О сем в г. Арзамасе публиковано».
В кругу старых связистов долго жила вот такая быль:
— Семен Дормидонтович Юрлов двадцать пять лет исправно служил в городе почтальоном, вплоть до революции. А тогда весь Арзамас обслуживали только два почтальона: один всю нижнюю часть, а верх-то Юрлов. Работа почтальона в старые времена не из легких. Почты поступало для того времени предостаточно, особенно много шло торговой переписки с иногородними купцами, а потому разносили отправления по нескольку раз в день. Выходных не полагалось иногда по праздникам работать приходилось еще больше.
Летом 1902 года, когда в Арзамасе жил в ссылке А. М. Горький Семен Дормидонтович носил почту и ему. Писатель получал много корреспонденции из разных городов России и даже из-за границы. Частенько Алексей Максимович разговаривал с Юрловым, относился к почтальону с доверием. Если Пешковы всей семьей уходили из дома Малании Подсосовой, что на улице Сальниковой, почтовику разрешалось брать в условленном месте ключ, заходить в квартиру и выкладывать конверты прямо на стол Алексея Максимовича.
Перед отъездом в сентябре из Арзамаса Горький задержал несколько у себя Юрлова, тепло поблагодарил за службу и подарил Семену Дормидонтовичу золотой пятирублевик.
Не столько деньги значили для почтальона — внимание известного писателя осчастливило простого человека. И славная память осталась на всю остатнюю жизнь.