Дочь шевельнулась внутри, как часто бывало в моменты волнения и грусти. Словно сказала мне: «Соберись, а иначе я начну прыгать на твоем мочевом пузыре!» Я представляла, как она возмущается, размахивает ручками и хмурит лоб. Маленькая фея, поселившаяся внутри меня, которая однажды вырастет, обзаведется квартирой, работой и банковскими счетами. Будет самостоятельно одеваться, красить волосы, проходить паспортные контроли в аэропортах и лихо парковаться задом…
Моя фея. Мое продолжение. Все из ничего. Воплощение великого замысла Бога и природы, которое однажды будет говорить со мной, следить за ходом моих мыслей, звонить по телефону, присылать открытки, спорить, спрашивать совета, смеяться над моим постоянным страхом за нее.
Так все и будет, если я смогу удержать все под своим контролем. Если я буду достаточно осторожна и сумею защитить нас с ней в этой долине смерти. Если только у меня хватит сил отстоять свое крохотное королевство. Если только я смогу заработать достаточно денег, убраться отсюда и скрыться там, где нас никто не найдет.
Джоан отправила мне подушку с курьером и приложила к ней посылку, полную приятных мелочей: травяной чай для хорошего сна, теплую пижаму, лосьон для тела с ароматом степных цветов и большую коробку пирожных с разноцветным кремом, которые я съела в один присест.
Я чувствовала вину за то, что отменила встречу, и решила загладить ее сразу же, как только выдалась возможность.
«Бар “У Хьюго” на Наследном острове, графство Керри. Как насчет большого чаепития?» – написала я ей.
«Заметано, дорогая», – ответила она.
Рождество было на носу. У Хьюго все было украшено еловыми ветвями и красными лентами. Он подавал имбирное печенье в виде фигурки ангела к каждому заказанному кофе и бесплатно подливал в чашку «Бейлиса», если покупатели были не против.
Мне тоже хотелось «Бейлиса». Но не в кофе, а залпом осушить бутылку, чтобы унять тревоги и отчаяние.
Оливер сопровождал меня. Привез к бару в назначенное время, сел за барную стойку, заказал себе американо. Я оглянулась в поисках Джоан, которая написала мне, что уже приехала.
Посетителей было много, бар был битком набит, но при этом оставался уютным. Из динамиков звучали старые рождественские песни, пахло булочками и цедрой. Женщина с пепельно-русым каре, сидевшая за столиком в углу, махнула мне рукой. Это была Джоан. Она надела большие дымчато-розовые очки, в руках держала чашку капучино и улыбалась, взволнованно поправляя волосы. Я заказала себе чай и отправилась за ее столик. Она поднялась – причем оказалась куда выше меня, – обняла и сказала:
– Здравствуй, Кристи.
– Привет, Джоан! Как ты добралась?
– Без приключений, – ответила она, с улыбкой оглядывая мою фигуру. – А ты как?
– В порядке.
– Обычно так говорят, когда все просто ужасно, – усмехнулась она.
Я села, закрыла глаза и медленно выдохнула.
– Честно говоря, все могло быть куда лучше, но… в том, чтобы плакаться, обычно нет никакого смысла. Поэтому жаловаться не буду. Лучше расскажи, как продвигается пиано-версия «Шагая по воздуху»[9]?
– Все в порядке, – ответила Джоан, пародируя меня, и мы обе рассмеялись.
– Я обожаю эту песню, – сказала я. – Она напоминает мне Рождество, волшебство и еще это предвкушение, когда ждешь подарков и…
– Да, я знаю это чувство. Лучшее чувство на свете. – Джоан снова улыбнулась, поправила волосы и сняла очки.
Я никогда раньше толком не видела ее лица. Качество видеосвязи было не ахти, и в комнате у Джоан обычно царил полумрак, она носила очки в толстой оправе и длинную челку…
Но сейчас, когда она села напротив при свете дня, я наконец разглядела ее – и удушающая волна паники начала подниматься внутри. Я не могла вдохнуть, на коже проступил пот, я бросила взгляд на Оливера, который сидел спиной ко мне, потеряв напрочь бдительность, и вряд ли смог бы сейчас помочь мне.
Передо мной сидела Джована Стаффорд в седом парике и очках, изменивших ее до неузнаваемости. Она молчала, следила за моей реакцией и наверняка уже просчитала в уме все мои возможные действия. В зале наверняка есть ее люди, которые сейчас тоже следят за мной, за каждым моим движением. И у каждого из них, как пить дать, огнестрельное за полой пиджака…
Я попыталась встать, но она положила ладонь на мое запястье и легко его сжала.
– Когда-то ты очень хотела поговорить со мной, Кристи. Что изменилось? – спокойно сказала она.
– Отпустите меня, – выдохнула я, снова оглядываясь на Оливера, который как ни в чем не бывало трепался с Хьюго.
– Я не удерживаю тебя, – ответила она. – Просто пришла сюда кое-что рассказать.
9
В оригинале «Walking in the air» – песня из английского мультфильма «The Snowman» (1982) в исполнении Питера Оти.