– Очень приятно. Гэб много рассказывал о тебе, но никогда не упоминал, что вы встречаетесь. Он скрытный, как таежный волк!
«Да они начали встречаться прошлой ночью, поэтому он не успел», – заметил мой внутренний голос, который просто обожал меня подначивать.
Гэбриэл посмотрел на меня с заговорщицкой улыбкой – должно быть подумал то же самое. Что суток не прошло с тех пор, как мы стали принадлежать друг другу, и что нам самим еще предстоит свыкнуться с этим.
– И что же он обо мне рассказывал? – улыбнулась я.
– Что у тебя сердце размером с Кроук Парк[5]. Что семья у тебя не сахар. Что за тобой нужен глаз да глаз, а не то ты побежишь мирить льва с носорогом. Что Макгрегор не встал бы после тех нокдаунов, после которых встала ты.
Тепло разлилось внутри, словно я глотнула горячего чая. Гэбриэл выглядел смущенным, словно сестра только что показала мне коллекцию его детских штанишек. Я тоже смутилась от этой слишком лестной характеристики и осознания того, что он говорил обо мне с сестрой.
– Гэбриэл, ты уезжаешь сегодня, не так ли?
– Завтра.
– Но ты говорил, что…
– Завтра, – повторил Гэбриэл. Он так и не встал с дивана и не поприветствовал сестру. Только через пару минут, глядя на то, как он прикрылся журналом со столика, я поняла почему.
– Ребят, не хочу вас беспокоить и кофе сварю себе сама. Может, кто-то хочет тоже? – предложила Анджи, отправляясь в кухню.
– Не волнуйся, Анджи, ты не можешь побеспокоить нас больше, чем уже, – проворчал Харт.
– Я могу как-то облегчить твои страдания? – шепнула ему я, касаясь губами уха и постукивая пальцем по журналу.
– Да, – кивнул он. – Застегни все пуговицы и держись от меня подальше.
Я смеялась, когда шла на кухню. Харт провожал меня со скорбным лицом. Я повиляла ягодицами, чтоб поднять ему настроение. Он закрыл глаза, откинул голову на спинку дивана и проворчал, что то, что я делаю, ему совершенно не помогает.
Мы провели вместе день. Выбрались на природу, и Гэб с Анджи показали мне остров. День выдался ясным и теплым, ветра не было, океанический воздух пьянил, как наркотик.
Анджи околдовала меня вслед за братом. Есть люди, источающие особенную энергетику. С ними легко, с ними спокойно, они словно укрепленные гавани, где можно найти прибежище даже в самый страшный шторм. Оказалось, что Анджи тоже училась в религиозном пансионе для девочек, куда ее отправили бабушка с дедушкой, не в силах совладать с ее проказами и темпераментом. У нас сразу обнаружилась общая тема для шуток и разговоров.
– У нас была такая дисциплина, что мухи боялись гадить на стекла. Что, впрочем, не мешало нам развлекаться по мере возможностей, – сказала Анджи, как только Гэбриэл запарковал машину на берегу моря и мы вышли прогуляться.
– Мы ходили строем днем, а по ночам играли в карты на раздевание, – улыбнулась я.
– Наша директриса была бывшей наркоманкой, завязала, но изредка обдалбывалась кокаином так, что путала дверные косяки с людьми.
– Наша обожала ходить ночью по этажам и прислушиваться. Могла войти в любую комнату без стука в три часа ночи. Мы звали ее Цербер, у нее даже глаза светились в темноте.
– Моя подружка привозила из дому джин в бутылке от шампуня. Хорошо, что ее исключили, а не то я бы спилась в шестнадцать!
Я разразилась хохотом.
– Расскажи что-нибудь о своих школьных годах. Тяжко было? – спросила я у Гэбриэла, заметив, что он совсем не спешит делиться своими воспоминаниями, просто слушает нас с улыбкой.
– О да, ему было тяжко! – воскликнула Анджи. – Его не заперли, как меня, в монастырь, у него в школе был смешанный коллектив. И каждая вторая одноклассница мечтала, чтобы Гэбриэл залез к ней…
– Не продолжай, – предупредил он.
– В трусишки.
– Анджи! – Харт бросил в нее мелкой галькой.
– Но это правда! Пока мои репродуктивные органы зарастали плесенью в пансионе Святой Рафаэллы, Гэб каждое лето наведывался домой в компании новой девчонки.
– Я с тех пор остепенился, – рассмеялся он.
– Это тоже правда, – кивнула Анджи. – С тех пор как он стал работать у твоего отца, все девушки резко куда-то испарились. То ли постоянный стресс, то ли…
– Стресс, – оборвал он ее, поднялся и дал мне руку. – Думаю, нам пора возвращаться.
– Стресс по имени Кристи, – шепнула мне Анджи одними губами, стоило Гэбриэлу отвернуться.
Я с изумлением посмотрела на Харта, который ничего не услышал. По правде сказать, я на сто процентов была уверена, что ему всегда хватало женского внимания и вряд ли он монашествовал последние годы. Но мысль о том, что он мог обратить на меня внимание задолго до того, как мы впервые заговорили в ту ночь у фонтана, почему-то сразила меня наповал.
5
Croke Park – стадион в Дублине для проведения соревнований по ирландским национальным видам спорта. Крупнейший стадион в Ирландии и третий по вместимости в Европе.