Тот, кто был поражен страхом в детстве, не забывает прежних ужасов. Мартин замер. Страх, холодный и бесформенный, опустился ему на плечи, заставив оцепенеть. И он не вспомнил в этот миг ни насмешливых слов Ашера о лживых хитростях Синана, ни своих раздумий, когда он удостоверился, что все магические чудеса Старца Горы – всего лишь удачные трюки. В этот миг Мартин будто превратился в испуганного ребенка, увидевшего свой самый страшный кошмар. «Убей его!» – как будто издали приказывал разум, однако Мартин даже не пошевелился.
Темный силуэт в ниспадающем до пола черном плаще с мерцающей серебряной вышивкой двинулся ему навстречу. Мартин видел, как голова Старца Горы медленно поднялась и под островерхим, расшитым блестящими узорами капюшоном появился темный парчовый тюрбан. Он различил белую бороду имама, его острый нос и такие же острые скулы. И леденящий неподвижный взгляд змеи.
Синан вдруг резко поднял руку ладонью вперед – и, как понял позже Мартин, спас ему жизнь. Ибо ассасины, настигшие его с занесенными для убийства клинками, тотчас же замерли на месте. Это длилось лишь мгновение, потом Синан сказал всего одно слово:
– Схватить!
Голос глухой, казалось бы, еле слышный. Но приказание было исполнено незамедлительно. Опасного смутьяна разоружили; Тень удерживали множество рук, его согнули пополам, принудив опуститься перед Старцем Горы на колени. И все это в тишине, прерываемой лишь шарканьем подошв по полу и тяжелым бурным дыханием. Разве что кто-то стонал позади, на галерее, залитой кровью.
Старец Горы приблизился беззвучно, будто подплыл по воздуху. Но его рука, схватившая пленника за растрепанные волосы, была крепкой и жесткой. Он рывком поднял его голову, их взгляды встретились… И через миг имам отступил. Его негромкий голос был спокоен, но все же в нем угадывалась скрытая ярость:
– Засадите его так глубоко в подземелье, где только шайтаны смогут услышать его стоны!
Позже, уже будучи пленником, Мартин вспомнил, что именно Синан первым отвел тогда взгляд. Как и некогда ранее, когда юному Тени впервые выпала великая честь предстать перед имамом.
Это было после того, как мальчишка Тень передал послание Старца Горы Салах ад-Дину и повелитель асса синов пожелал его видеть. Рафик Далиль тогда едва ли не трясся от гордости за ученика и все время твердил, как он рад, что именно его воспитанник удостоился такого блаженства.
– Не сомневаюсь, что имам даст вкусить тебе райских плодов, мальчик мой, – сиял Далиль. – А после этого… О, ты поймешь, что только имам имеет связь с Всевышним и больше никто! [68]
Тогда Мартин в это верил. Дети обычно верят всему, что говорят взрослые; и Мартин, как и остальные ученики, ни на миг не сомневался в том, что ему внушал рафик: имам Синан со времен гибели праведного халифа и первого имама Али является посланцем Аллаха на земле. И это несмотря на то, что Мартина, по требованию еврея Ашера, не заставляли изо дня в день повторять это учение. Конечно, как и все ученики, он верил, что имам всемогущ, но не так безоглядно, как другие. К тому же был один случай…
Как-то Мартина, как и иных юных ассасинов, привели в зал, где Синан предстал перед ними, чтобы показать одно из своих чудес – говорящую голову убитого фидаи. Всех их учили: тот, кто погибнет по воле Старца Горы, обязательно попадет в рай, и вот Синан решил продемонстрировать будущим ассасинам, что это правда.
Мартин помнил свое удивление, когда окровавленная голова, лежавшая на блюде посреди зала, по приказу имама открыла глаза и стала смотреть на них. Синан своим негромким голосом пояснил, что это один из его лучших людей, исполнивших поручение и погибших при выполнении задания, который ныне находится в раю. Обращаясь к голове, Старец Горы велел погибшему поведать, каков собой рай. И голова, с упоением закатывая глаза, стала описывать райские наслаждения. Мартин, как и другие ученики, был поражен до глубины души.
Позже они все видели ту же голову на копье на зубчатых стенах крепости. Это на Западе отрубленные головы служили напоминанием о каре, здесь же, в краю исмаилитов, на них едва ли не молились, они служили напоминанием о величии имама, о верности его приказам, о вечной жизни.
Но как-то раз во время своих тренировок, когда Мартин забрался по стене к самому древку копья, на котором оставалась голова – забальзамированная, чтобы лучше сохраняться, но уже ссохшаяся и потемневшая, – он смог рассмотреть ее совсем близко и потом долго ходил, наклоняя собственную голову то в одну, то в другую сторону. Он помнил, как лежала голова на блюде в зале – шея казалась отрезанной немного наискосок, справа налево. Но по тому, как склонилась голова на копье, было видно, что надрез сделан совсем по-другому – слева направо! И у мальчишки Тени появилось подозрение, что этого ассасина убили уже после того, как он поведал о своем пребывании в раю, причем удар нанесли с другой стороны. Но, возможно, отрубленная голова просто иначе усохла?
68
По верованиям ассасинов, имамы являются посредниками между людьми и Аллахом. Решение имама по любому вопросу для шиитов – истина в последней инстанции.