Выбрать главу

Фрыц Айзенштайн

АТЫН

ГЛАВА 1

Мне первая жена всегда так говорила: "Вольдема-а-а-а-р, где моя чашэчка кофэ!", с гнусным прононсом и потрясающим грассированием. Я её за такую милую картавость полюбил, а позже за неё и возненавидел. Вот и я спросил, как проснулся: "Где кофе, Вольдемар?" Правду говорят умные люди: "Не откладывай на завтра, то, что можно сделать послезавтра". И вот, воспрял из болота, расправил крылья, полетел. Короче, склихасофский, главный вопрос один: "Где я?"

*** ***

Всё началось пару дней назад. Я подошел к большому окну в своём кабинете, и через тонированное стекло посмотрел с тоской на город. Потёр виски. У людей всё как у людей. Люди радуются солнечным дням, а у меня, как только наступает ясная погода, начинается сумасшедшая мигрень. Никакие припарки доктора Курпатова не помогают. Не помогает коньяк. Водка и портвейн тоже. Изредка облегчают страдания лошадиные дозы анальгетиков, но сажать печень химией я не хочу. Лучше уж настойка пустырника с коньяком, в пропорции 1:1. И кофе.

В кабинет вкатился Паша Большой. Генеральный директор и один из собственников. Индюк, блин. Толстый багроволицый колобок на коротких кривых ногах. Явился, не запылился. Сходу начался наезд:

— Вольдемар Абызович, скажите пожалуйста, почему наша прибыль во втором квартале уменьшилась на 17 процентов?

Вот козлина. Это что-то новенькое. Раньше его руководство фирмой обычно укладывалось в полтора часа: собрать планёрку, на всех наорать, что всё плохо и никто не работает, и уехать кабак или сауну. А с чего это вдруг изменение репертуара?

— А потому, уважаемый Павел Игнатич, что согласно приказа директора по экономике и персоналу, было произведено сокращение водителей на семь единиц, слесарей на пять. Для уменьшения издержек, в соответствии с решением правления, — уменьшили, ага, злорадно подумал я, — В итоге, мы сорвали сроки доставки оборудования трем компаниям. Двум заплатили неустойку, а третья расторгла договор.

— Вы, как исполнительный директор, несете всю полноту ответственности за итоговые показатели предприятия!

Козлина, однозначно. Приказ, кстати, состряпала его сестра. Спирохета бледная. Теперь Паша ищет на кого стрелки перевести.

— Я не могу нести ответственность за решения правления. Тем более, приказы, а их было три, со мной не согласовывались. И ещё. Договор с компанией ALmaf, на поставку комплектующих, подписан вами, и тоже без согласования. На этом мы потеряли почти семь миллионов, — сказал я и подумал: "Нехрен договора в сауне подписывать".

— Вы, Вольдемар Абызович, обязаны были перепроверить подписанные договора и, при необходимости, блокировать их!

Гонит, реально гонит. Голова болела всё сильнее. Когда я звонил Паше по поводу этого договора, он матерно обязал меня его исполнять. Сучий потрох. Я достал чистый лист бумаги и написал заявление на увольнение. Надо мне валить отсюда, пока не сыграл в ящик.

Пока Паша многословно и эмоционально гундосил про то, как надо работать, голова взорвалась новым приступом боли. Я посмотрел на Пашу и подумал с ненавистью: "Чтоб ты сдох!" Паша заткнулся, дернулся и помассировал грудь возле сердца.

— Нам пора расстаться, — сказал я, поморщившись от пульсирующей боли в голове. Пододвинул к нему заявление.

Пашино лицо приобрело сизый оттенок. Он подписал заявление и деревянной походкой вышел из кабинета. Как интересно. Раньше у нас ни один разговор не заканчивался так быстро.

Назавтра господин генеральный директор остынут и начнутся нудные разговоры о том, что мы оба погорячились. Всё надоело. Смог, жара, сотрудники, контракты. Надо радикально отдохнуть.

Во-первых, свинтить подальше из города. Свежий деревенский воздух – страшная сила, как говорит мой сосед, доктор Курпатов. Все остальное я сделал с первой космической скоростью. Зашел в кадры, поворковал с кадровиней, сказал, что всё ужасно, какой монстр Кузнецов и как он разбрасывается персоналом, получил свою трудовую. Зашел к тёткам в бухгалтерию, поворковал как следует, узнал, какой же Кузнецов неблагодарный монстр, уговорил девочек сегодня же перечислить мне расчёт на карточку. Раздал всем по шоколадке и помахал ручкой. Весь день прошел на нервах. Развод я спрыснул успокаивающей настоечкой на пустырнике, сам делал. Рекомендую, настоятельно рекомендую. В случае стрессовых обстоятельств пустырник незаменимая вещь. Мне его Курпатов посоветовал, мой сосед. Он спец в этих вещах, доктор всё-таки. Хоть и патологоанатом. Ну, сверху еще коньячку накатил, для расширения сосудов. Завод закончился, я немного расслабился. Пульсирующая боль в голове утихомирилась.

Все остальные сборы много времени не заняли. Заплатил за три года за квартиру, отдал дочери ключи, сказал, что я уезжаю отдыхать. Пообещал её чупа-чупс и просил присмотреть за домом. Выбросил в мусорный ящик корпоративную симку. На следующее утро я зашёл в банк, снял деньги с карточки, и тут же закрыл счет. Заехал домой, побросал в сумку полотенца, бельё, пару рубашек и прочее, что необходимо путешественнику в неизведанное. Ноутбук, фотоаппарат и всю сопутствующую электронику. Всё! Свобода, это сладкое слово свобода[1]. Дальнейшие мои планы разработаны давно, но только в сладких мечтах.

О, эти замечательные мечты! Домик возле озера, утренние пробежки, посиделки с удочкой на берегу, костёр, ушица, чистый воздух и никакого алкоголя! Даже можно бросить курить. Нет, бросить курить – это слишком смело. Как-то слишком революционно. Надо постепенно идти к здоровому образу жизни, чтоб случайно не свернуть голову. И алкоголь тоже надо постепенно бросать. Так резко нельзя. Это даже доктор Курпатов, мой сосед, авторитетно заявляет. Он всегда авторитетно заявляет, особенно после третьей. Так и говорит: "Я тебе авторитетно заявляю, алкоголь – это яд!" и наливает четвертую. Надо будет доктора пригласить в деревню, на берег озера, с удочкой встретить зорьку, чистый воздух опять же.

И никаких чтобы женщин рядом! Всё зло – от женщин, теперь это я вам авторитетно заявляю. Мой последний, третий развод был кровавой битвой, я его запомню на всю оставшуюся жизнь. Впрочем, как и первых два. Ошибки молодости, блин. Хотя, по правде сказать, моя молодость несколько затянулась, так, что хватило аж на две ошибки. Третья ошибка была уже в зрелом возрасте, но не будем о грустном. Кому хочется выглядеть дураком хотя бы и в собственных глазах? Никому. Да я и не дурак вовсе, это она дура. Ну и ладно. Проехали. Значит, никаких женщин рядом. Ни-ка-ких. Рыбалка, утренняя зорька не терпят рядом суеты, этого квохтанья, мелочных придирок. Только чистое и светлое рядом с собой.

Так это о чем я… Рыбалка. Угу. Еще походы в лес, по грибы. Набрать крепеньких боровичков, пожарить дома на сале, с картошечкой. Под водочку самое то. Или, к примеру, рыжиков посолить, груздей, прям полную бочку, и долгими зимними вечерами, с картошечкой. Не обязательно под водку, можно наливочек сообразить, настоечек. И в погреб. Очень хорошо наливочки получаются на смородиновом листу. Или это настоечки? Ну, неважно. Главное, чтоб дом был полная чаша. Полный чтоб погреб. Бочки с груздями, бочонки с наливочками, соленья там разные, чтоб не стыдно было на стол поставить. Варенья, капустка квашеная, огурчики. Такие аккуратненькие хрустящие огурчики. Мммм… объедение.

А еще в чисто поле выйти, вздохнуть полной грудью! Почувствовать необъятную ширь нашей родины! А сенокос? Это же сказка! Раззудись плечо, размахнись рука! Парни на гармонях играют, в расписных рубахах петухами. Девки хороводы водят, песни поют, венки на голову накладывают. Глазками стреляют. Нет, глазки это лишнее, не надо нам, а то будет как прошлый раз. Хотя, так-то оно так… ну разве что в деревне найдется вдовушка, чтоб без претензий потом. Может пару раз заглянуть на огонек. Чаю там попить, поговорить о видах на урожай, обсудить творчество импрессионистов, позднего Мане, к примеру… И ни-ни. Никаких там. А то не успеешь оглянуться, как тут же с претензиями. Обойдемся как-нибудь. Не баре, чай.

А водопровод делать не буду. Буду по утрам из колодца журавлём доставать студёную воду и обливаться. Чтоб здоровья было вагон. Растираться жёстким полотенцем, докрасна, и пробежечку по тропинке вдоль озера. Покой, солнце восходит, коровы мычат. Слышны визгливые крики пейзанок, выгоняющих своих кормилиц в стадо. Ляпота! Надо будет баньку сварганить. Или нет, еще лучше, домик надо сразу с банькой, чтоб не мучиться. И на берегу озера. Выскакиваешь из баньки, распаренный, и сразу бултых в озеро! Квас надо будет поставить, сразу литров двадцать. Чтоб прямо в баньке из запотевшей кружки пить. И никакого алкоголя в бане. Сердце у меня слабое, чтоб в парилке водку глушить. Пивка вот можно. Надо будет пиво научиться варить, домашнее. Из ячменя. Пойду в лес, наберу хмеля, поставлю пиво. И раков, прям из озера. Наловил раков, сварил, с укропчиком, и под пивко. Мангал можно будет поставить, стационарный, с электронаддувом. В баньку можно приглашать добрых и ласковых девушек. По вызову, из областного центра. Но без фанатизма, умеренность во всем – вот наш девиз.

вернуться

1

Мосфильм, 1972.