На автожире до Самсоновского поля двадцать минут лета, но территория там немалая – в небе тесно, – да еще и аппарат следовало пристроить. Так что набежало дополнительных двадцать минут. Однако к «фоккеру» Лиза подошла без опоздания.
«Точность вежливость королей? Верно! Но и офицеров флота тоже!»
Пилотом винтокрыла оказалась женщина. Возможно, Райт все так и задумал, а может быть, и случайность.
– Клара ван де Хёлст, – представилась она по-франкски, протягивая руку. – И на всякий случай, я не голландка, а фламандка.
– Приятно познакомиться! – ответила Лиза на том же языке. – Елизавета ван дер Браге.
– Датчанка? – удивилась пилот винтокрыла.
– Себерянка, – уточнила Лиза, и они полетели.
Лететь оказалось не близко. Это только так говорилось, что «Звезда Севера» швартуется в Ниене. На самом деле корабль был причален в гражданском порту Ниен-3 в Устии[6]. Сто двадцать километров по прямой, и почти все время против ветра. Даже при относительно высокой скорости «фоккера» отняло минут сорок.
Подлетели с кормы, где у бригов обычно находится летная палуба. Сели аккуратно, не придерешься. Лиза выбралась на бронепалубу, огляделась. Бриг корабль довольно большой. Этот был восьмой серии, так что длина около 130 метров, ширина – до 20, а тоннаж под восемь тысяч. И пусть Райт не сочиняет! Как же, старенький! Восьмую серию в Роттердаме стали строить только в 1919 году. Следовательно, самому старому бригу не могло быть больше восьми лет, и списать такой борт мексиканцы могли только за очень большие деньги и только своему.
– Прошу вас, госпожа ван дер Браге! – пригласила ее Клара, и они пошли в сторону правой бортовой надстройки. А там их уже встречал Райт в окружении нескольких мужчин и женщин, одетых кто во что горазд, но непременно с намеком на флот.
– Дамы, – сказал он, когда Лиза и Клара подошли ближе, – господа! Разрешите представить, капитан Елизавета Браге! Между прочим, настоящий капитан!
– Госпожа капитан, – после церемониального поклона произнес он, обводя рукой собравшихся на палубе людей, – разрешите представить наш женский клуб. Дамы – вперед!
– Рейчел Вайнштейн – представил он невысокую блондинку, чем-то неуловимо похожую на Лизу, какой она была раньше, – первый трюмный инженер! Анна Монтанелли, – эта была чуть выше, темноволосая и смуглая, – командир десантной группы, Надин Греар – высокая, русоволосая, голубоглазая, – второй пилот, ну, а с пилотом винтокрыла вы, по-видимому, уже знакомы.
Потом представились мужчины, и Лиза поняла, что на борту «Звезды Севера» собралось каждой твари по паре. Корабельный лекарь – не просто себерянин, а настоящий помор – Леонтий Тюрдеев, и этим все сказано; третий пилот – немец, а баталер – американец из Провиденса, где бы эта дыра ни находилась…
– Разнообразный у вас, однако, экипаж, – мягко выразила свои впечатления Лиза.
– Верно! – согласился Райт. – Поэтому три основополагающих правила на борту «Звезды Севера» следующие. За половую агрессию расстрел на месте, за воровство – безоговорочное списание, за дискуссии на тему вероисповедания и происхождения – аналогично. А еще мы вне политики.
– Серьезно? – подняла бровь Лиза.
– Какие с этим могут быть шутки? – искренно удивился Райт. – У нас экипаж – сто семь душ, из них двадцать девять женщин. Улавливаете, капитан, ход моей мысли? Представлены пять христианских конфессий и две иудейские…
– А разве у иудеев не одна конфессия? – уточнила Лиза, которая, как и положено советскому человеку, во «всех этих глупостях» не разбиралась.
– Разумеется, нет, – пожал плечами шкипер. – Вот госпожа Вайнштейн – иудейка.
– Я вообще-то атеистка! – возразила госпожа первый трюмный инженер.
– Но происхождение-то это не отменяет!
– Да, пожалуй, – согласилась Рейчел Вайнштейн.
– Ну, вот! – словно найдя подтверждение своим словам, кивнул Райт. – А командир второй десантной группы у нас Кумуш Сатчи – караим. Есть разница, не правда ли?
– Не знаю, – призналась Лиза.
– В Себерии евреи есть? – спросил, вздохнув, Райт.
– Разумеется.
– Они похожи на литовских рейдеров?
– Вот черт! – сообразила Лиза. – У литовцев же половина рейдеров – караимы.
– Теперь понимаете?
– Пожалуй, да.
– Тогда в путь!
– Куда? – Лиза попросту не поняла оборота.