Когда Господь пожелал привести нас к совершенству посредством законов, относящихся к повседневной жизни, последние предполагали наличие теоретических предпосылок, которые, в свою очередь, должны были основываться на правильных понятиях о Боге и Его отношении к нам, то есть на естественной теологии. Но так как она подразумевает познания в науке о природе, то Он начал Свою Книгу законов с истории сотворения мира, которая дает аллегорическое представление о принципах науки о природе. Наши мудрецы говорят: «Явить смертному всю мощь начального творения невозможно, и поэтому Писание лишь кратко сообщает: „В начале сотворил Бог землю и небо“» [171]. Тем самым они нам дают знать, что история сотворения мира скрывает великие тайны природы. И в Писании мы находим об этом многозначные выражения, дабы простой человек воспринял это согласно мере своего понимания и слабости своего интеллекта, а достигший совершенства истолковал бы то же самое на более высоком уровне.
Далее Маймонид для верного понимания Священного Писания исследует важность правильного толкования притч, аллегорий и всех высказываний с переносным смыслом и демонстрирует различные их виды. В заключение следует призыв к читателю, чтобы он изучал этот трактат с величайшим вниманием и лишь после соответствующей подготовки. Завершается введение следующими словами: «Я знаю, что даже новичок, не обладающий теоретическими познаниями, извлечет из этой книги некоторую пользу. Что касается опытного мыслителя, разум которого пошатнул его веру, то ему, без сомнения, будет полезна вся книга целиком. Но тех путаников, чей мозг засорен недостоверными воззрениями и неверными методами рассуждений, которые они принимают за истинное знание (не имея никакого понятия о подлинной мудрости), трактат этот оттолкнет: отчасти оттого, что они его не поймут, ибо труд этот оскорбит их тщеславие, отчасти оттого, что он обнаружит их слабость и выведет на свет Божий вздорность их предрассудков и ложных убеждений.
Да видит Бог, я долго не публиковал этот труд, ибо в основу его положены важнейшие предметы (знания и веры), и, кроме того, он является у нас единственным в своем роде. Теперь же я при издании этой книги обрел опору в следующих изречениях из Писания: „Время действовать во имя Господа, ибо они нарушили Закон Твой“ [172] и „Все дела твои да будут во славу Божию!“ [173]
Коротко говоря, так как я вынужден излагать очевидную истину способом, который, возможно, придется по нраву одному-единственному, обладающему разумом, и не устроит тысячи неразумных, я предпочту поведать это ради одного, не обращая внимания на хулу со стороны множества».
В следующем затем весьма примечательном предисловии Маймонид приводит семь причин, из-за которых в Писании люди иногда наталкиваются на противоречия.
1. Если автор некоего сочинения является только компилятором, собирающим зачастую противоположные по смыслу точки зрения различных людей, не указывая авторов каждого высказывания, то тогда с необходимостью возникают противоречия между указанными взглядами.
2. Если он в процессе работы над сочинением сам изменяет свои взгляды и, не заметив этого, оставляет в нем как свои прежние мнения, так и нынешние.
3. Если для устранения противоречия некоторые выражения следует воспринимать не в обычном, а в аллегорическом смысле.
4. Если в соответствующем месте в силу каких-то вынуждающих обстоятельств опущено некоторое условие, или если субъекты (двух) противоположных суждений различны, но это не оговорено.
5. Нужды преподавания и разъяснения могут стать основанием мнимого противоречия. Иногда приходится начинать с труднопонимаемых вещей в качестве предпосылки для понимания более легких материй. В то же время правильный метод преподавания предполагает, что следует идти от простого к сложному. Что следует делать в этом случае? Учитель должен объяснять трудное возможно более простым языком, даже жертвуя точностью и строгостью, руководствуясь при этом способностями своих учеников. Но затем в подобающем месте следует произвести строгое исследование со всей требуемой точностью.
6. Если противоречие не очевидно, а скрыто, так что оно незаметно по первым двум фразам. Но если взять каждую фразу в отдельности и связать ее с рядом других, то тогда натолкнешься на противоречие. Такое может произойти и с самыми лучшими писателями. Если же противоречие между обоими первыми предложениями очевидно, а дело в том, что писатель просто забыл первое предложение, когда он писал второе, то это такое прегрешение, которое даже не заслуживает порицания.
; 2:12).