– Канселье тоже?
– Хватит сарказма, – сурово хмурится Фабьен Каро. Держит паузу, барабанит пальцами в белых перчатках по столу. – Ты сбил меня с мысли. Так…
– Стареешь, – бросает в сторону Бастиан, но отец пропускает это мимо ушей.
– Наша несостоявшаяся belle-fille[13]. Медицинский осмотр показал, что версия убийства в качестве мести за поруганную честь потерпела крах. Девица вообще нетронута.
– Не ожидал от Доминика, – вскидывает брови Бастиан. – Кто мне только не говорил, что по трущобам носится целый выводок его ублюдков.
– Факт остаётся фактом. Папаша и дочь свою вину отрицают, ведут себя достаточно спокойно. Сейчас прорабатываются версии убийства на почве ревности. Или всё же это сделал отец, или старшая сестрица, которая до сих пор где-то успешно прячется. Сириль был готов передать её нам из рук в руки, но она удрала у него из-под носа. А носится наша красотка как раз с японским мечом, который полицейские так безрезультатно искали в их квартире.
– Думаешь, Доминика убила она?
– Очень похоже на то. Её сестру и отца взяли совершенно спокойно, сопротивления они не оказывали, как и положено порядочным гражданам. А эта скрылась, прихватив меч.
– Интересно. Хотела быть на месте младшенькой? Красиво жить в Ядре, чувствовать себя выше всех… крыса помойная. – Бастиан с такой силой сжимает пальцы в кулак, что хрустят суставы. – Что предпринимают для её розыска?
– Шестой и восьмой сектора оцеплены, на КПП строжайший досмотр. Полиция прочёсывает район, Сириль обещал содействие.
– Сириля я лично за яйца возьму. Или он нам вылавливает эту крысу, или я пройдусь по его владениям с проверкой. И не только с проверкой, – мрачно обещает Бастиан. – Что дальше планируется делать с подозреваемыми?
Судья Каро складывает бумаги в ящик стола и пожимает плечами.
– Отца упрячем на работы по обслуживанию реактора. У девки перебит Код, её можно подвести под высшую меру за пособничество террористам.
– Каким террористам?
– Тебе напомнить значение термина?
– Отец, это слишком. Как бы отрицательно мы ни относились к этой семейке, не стоит перегибать палку. Кто перебил ей Код и зачем?
– Те, кто готовил теракт в Ядре, – с нажимом отвечает Фабьен Каро. – Который не состоялся только благодаря нашей доблестной полиции и службе госбезопасности. Ясно?
– Что за… Какие, к чёрту, террористы? Отец, что за бред ты несёшь? У нас что – есть те, кто может… ну… взрывать людей, травить посевы, преднамеренно разрушать промышленные объекты?
– Не исключено. Это версия Канселье. Некая группа внедряла таким образом девку в Ядро, чтобы у них был среди нас свой человек. И Доминика убили, когда он об этом узнал. Поймаем старшую сестрицу – накроем террористов. Что непонятного?
Бастиан задумчиво изучает потёртый паркет под ногами, ищет мелькнувшую было мысль. Версия напыщенного служаки Канселье кажется ему, мягко говоря, неправдоподобной. Террористы? Глупее не придумать. Кому придёт в голову проворачивать подобное в городе, который погибнет в считаные недели, если отступится от принципов и норм управления? Или всё же нашлись идиоты, которые уверены в обратном?
– Отец, – начинает он осторожно. – Ты всю жизнь учил меня быть рассудительным, последовательным в действиях и просчитывать все возможные варианты. Сам знаешь, я это умею в совершенстве. Я пока не готов предоставить тебе всю логическую цепочку своих размышлений, но я не верю в теорию Канселье.
– Интуиция? – прищурив левый глаз, с ехидцей спрашивает Каро-старший.
– Интуиция тоже. Я поговорю с девицей. Это же не запрещено? Хотя кто мне запретит… Я поговорю с ней сегодня же.
– Зачем?
– Хочу абстрагироваться от эмоций и личной неприязни и посмотреть, что из этого получится. В конце концов, я работаю на благо людей, а не наоборот.
– Какая связь?
– Поговорю с девицей и составлю своё обоснованное мнение. Либо Канселье прав – и я сработаю на благо многих; либо прав я, и мне удастся восстановить справедливость в отношении одной и заодно развеять довольно бредовую теорию. Итак, кто может меня сопроводить?
С тяжким вздохом Фабьен Каро покидает место за рабочим столом, поправляет сюртук и делает приглашающий жест в сторону двери.
– Идём. Найду тебе провожатого.
Тюремный блок пристроен вплотную к стене, разделяющей Второй и Третий Круг. Молоденькая адвокат, приставленная к Бастиану в качестве проводника и робеющая от любого его взгляда или обращённой к ней реплики, оставляет его на пропускном пункте и отправляется на пост охраны вызывать начальника тюрьмы. Бастиан присаживается на скамью у стены и прикрывает глаза. Раздражает, когда рядом с тобой люди, настолько от тебя благоговеющие. Как Вероника в первый год замужества: восторженный взгляд, улыбка и румянец во всю щёку, стоит только окликнуть.