В целом вклад российских отрицателей в мировую копилку минимален, чтобы не сказать ничтожен. Максимум того, на что они оказались способны, — очередное предисловие к очередному переводу из «классических трудов» да матерщина в блогах. Вершинные же по оригинальности достижения — это тезис о «Ташкентском фронте» с намеком на глубокий эвакуационный тыл как место отсиживания трусливых евреев во время войны и ернический термин-шарж «Лохокост».
Вброшен был и такой тезис-передержка: мол, советские евреи должны быть навечно благодарны Сталину и Красной армии за свое освобождение из концлагерей и спасение от Холокоста.
На самом деле такого долга — или бремени — «благодарности» у евреев нет: во-первых, у Красной армии специальной задачи — спасать именно евреев — ни разу не было[944]. Убивали — да, немцы, да, их, евреев, а вот освобождали (или эксгумировали) — наши уже не их, а советских людей. Во-вторых, среди спасателей, т. е. в самой Красной армии, было пропорционально много евреев, тогда как в освобожденных армией различных лагерях смерти евреев уже не было или оставалось крайне мало, поскольку это были лагеря смерти именно евреев.
Мощным транслятором идей ревизионизма и антисемитизма на Украину — о преувеличенности еврейских страданий и числа жертв Холокоста, например, — стала украинская националистическая диаспора, осевшая главным образом в Канаде. В ее ряды после войны влилось немало активных кол-лаборантов, таких, например, как Петро Мирчук. Их материалы в 1990-е годы охотно публиковали киевский «Вечірній Кїев» (когда им руководил В. Карпенко), львовские «За вільну Україну», «Сільські вісті» и «Идеалист», некоторые другие газеты.
Владимир Кательницкий, председатель Комитета по защите Ивана Демьянюка, утверждал, что легенда о Демьянюке как об «Иване Грозном» — самом жестоком охраннике-украинце — была сфабрикована КГБ ради дискредитации украинцев — выставления их отъявленными коллаборационистами и преступниками. А согласно статье Татьяны Тур «Правда о Бабьем Яре»[945], не фашисты расстреливали там евреев, а евреи — работники НКВД — украинцев!
В. Нахманович не побрезговал придать этому примитивному антисемитизму статус «альтернативной концепции», столь вожделенный ревизионистам, и признать за ним воплощение некоего «украинского мифа» о Бабьем Яре, заключающегося в том, что в Бабьем Яру захоронены украинские жертвы Голодомора и противостоящего аналогичному «еврейскому мифу» (sic!) о Бабьем Яре. Мифу, которому, следовательно, он равновелик[946] [947]. Браво!
Тогда, в 1990-е годы, протест полусотни «Праведников народов мира» против таких публикаций[948] остался без какого бы то ни было ответа со стороны государственных инстанций. Сами же публикации и, главное, их безнаказанность побуждали их неистовых авторов и, в особенности, благодарных «читателей» к активизации любых провокаций, актов вандализма и нападений на евреев.
Неудивительно, что вал антисемитских публикаций о Бабьем Яре в 2000-е годы только усилился. Так, харьковчанин Эдуард Ходос публиковал в 2001 году «Открытое письмо Стивену Спилбергу», в котором его полумифический автор, Рожер Доммерг, восклицал:
Вы не найдете НИ ОДНОГО очевидца уничтожения шести миллионов евреев. Вы не найдете НИ ОДНОГО свидетеля того, что рядом с крематориями стояли газовые камеры, уничтожавшие тысячу, а то и две тысячи человек за раз... Что же касается воплей и слюней, испускаемых по поводу Холокоста сегодня, спустя полвека после войны — они не могут вызвать ничего другого, кроме чувства отвращения[949].
Показательна история с книгой Р.Я. Мирского и А.Я. Наймана «Юдофобия против Украины», впервые выпущенной во Львове в 1998 году, а затем переизданной в Киеве в 2000[950]. В конце 1998 года «Вечерний Киев» обвинил заместителя председателя Ассоциации «За межнациональный мир и согласие в Украине» Александра Яковлевича Наймана (р. 1945) в разжигании антиукраинских настроений. После чего Найман подал в Шевченковский райсуд Киева иск о защите чести и достоинства, на что газета, уверенная в своей безнаказанности, ответила травлей Наймана и встречным иском[951]. Однако суд осудил именно газету, и В. Карпенко, а затем и другим антисемитам пришлось покинуть ее редакцию.
944
Такие случаи, как вывод партизаном Н. Киселевым через линию долгиновских евреев — редчайшее исключение
945
946
(отняли драгоценности и т.п.), после чего увезли на поездах, кажется, в Минск. Да и то потому только, что устраивать в самом Киеве гетто из-за взрывов передумали.
951
См. подробнее: