Но лукавил и Зисельс. В одном из интервью он утверждал:
...Создать мемориал в Бабьем Яру — наш общий долг. Надеюсь, найти в мире деньги для мемориала Бабьего Яра — не проблема. Более того, есть множество проектов, созданных в 60-70-е годы, я знаю, что есть архитекторы, которые и сегодня хотят создать мемориал. Я бы включился в такую работу и помог бы им найти средства и в Израиле, и в Америке, и в других странах на создание мемориала[998].
Пустые слова! Когда все так просто — почему же не взял и не нашел? И дядюшка Джойнт бы не понадобился, и разговор бы другой был. А ведь даже на коллекту — слезный левитасовский проект Музея Бабьего Яра — не скинулся вообще никто! Странное — местечковое — впечатление на этом фоне оставил по себе иерусалимский меморандум Зисельса — Рабиновича от 17 сентября — своего рода «Акт о ненападении» невысоких договаривающихся сторон друг на друга.
В сентябре 2002 года по инициативе Александра Бураковского был создан Американский еврейский комитет «Save Babiy Yar», чьей главной задачей стало воспрепятствование намечаемому строительству. 29 сентября он организовал митинг памяти Бабьего Яра у входа в офис «Джойнта» в Нью-Йорке. Среди протестующих — немало эмигрантов-киевлян.
Вот теперь «Джойнт» и впрямь был напуган. В октябре 2002 года появляется обновленная концепция центра, с большими уступками, в которые, однако, уже никто не верит:
Центр «Наследие» планируется как научный комплекс с программами изучения исторического наследия евреев Украины. Общинные программы, предусмотренные концепцией Центра, должны продолжать и развивать музейно-мемориальную и научно-исследовательскую деятельность. Проведение каких-либо развлекательных и праздничных мероприятий в Центре не предусматривается[999].
Подключился и Ашер Острин, джойнтовский начальник Авгара. В середине ноября он писал:
...Еврейский общинный центр «Наследие» будет уникальным Центром с мемориалом, посвященным потерянным жизням людей всех национальностей, погибших в Бабьем Яру, и будет совмещать в себе, в одном реальном здании, Еврейский Общинный Центр со множеством образовательных и культурных программ для всех возрастов, живой данью еврейскому прошлому. Музей послужит источником вдохновения возрождению... Создавая этот уникальный Центр, отдавая дань и еврейскому прошлому и закладывая фундамент еврейскому будущему возле такого памятного места, мы отдаем дань жертвам, укрепляем общину, которая является их наследием. Звук голосов еврейских детей и смысл энергичных и обновленных еврейских жизней бросает вызов Катастрофе[1000].
В конце осени 2002 года появилась новая неформальная структура — Совет руководителей всеукраинских еврейских организаций, в который вошли исключительно те руководители, кто поддерживает идею сооружения общинного центра в Бабьем Яру[1001].
И в это же время — в ноябре — декабре 2002 года — по инициативам Ивана Дзюбы и киевского общества «Мемориал» начался сбор подписей под двумя петициями против джойнтовского проекта. Среди подписавших — около сотни видных украинских интеллигентов и политиков, в том числе философ Мирослав Попович, физик Моисей Шейнкман, публицисты Тарас Возняк и Вадим Скуратовский, режиссеры Николай Мащенко и Рафаил Нахманович, дирижер Роман Кофман, скульптор Ольга Рапай, композитор Валентин Сильвестров, писатели Риталий Заславский и Мирон Петровский[1002].
Крышка чайника начала дребезжать, давление росло и росло, свисток перерастал в сирену, и, наконец, не выдержав напора со всех сторон, — проект треснул. Первой — в начале декабря 2002 года — распалась связка с мэрией. Киевская рада сняла с рассмотрения вопрос о подтверждении выделения «Джойнту» земли в Бабьем Яру, а киевский мэр, Омельченко, потребовал провести еще одно публичное обсуждение проекта и отказался принимать решение до достижения компромисса.
На страновом уровне еще хуже: в январе 2003 года Комиссия по гуманитарным вопросам при Правительстве Украины отказалась предоставить статус гуманитарной помощи для 22 млн долларов, которые «Джойнт» хотел ввезти в Украину для финансирования строительства Общинного центра. В Администрации Президента представителям «Джойнта» недвусмысленно указали на то, что для украинского общества неприемлемо строительство «Наследия» в Бабьем Яру.
То ли по почину «Save Babiy Yar», то ли независимо, но и киевские противники Общинного центра вскоре тоже объединились. Произошло это уже в 2003 году, в начале апреля, когда в качестве общественного противовеса карманному Оргкомитету (в сущности, уже поверженному) возник Комитет «Бабий Яр» («Общественный комитет увековечивания памяти жертв Бабьего Яра») — своего рода киевский «Save Babiy Yar», или «Анти-Джойнт». Три его сопредседателя — академик-философ Михаил Попович и правозащитники Иван Дзюба и Семен Глузман при секретаре Виталии Нахмановиче[1003].
1001
24 июня 2003 года этот Совет объявил И. Зисельса «персоной нон-грата в еврейской общине», лишенным права представлять еврейскую общину Украины.
1002
Слово интеллигенции Украины // Форум наций. 2002. №4 (6). Ноябрь. С. 2; №5 (7). Декабрь. С. 3.
1003
Среди его членов — М. Петровский, М. Маринович, Р. Заславский, Т. Возняк, Н. Яковенко, 3. Антонюк, Р. Кофман, И. Зисельс, Н. Плавюк, Д. Затонский, Л. Череватенко, Н. Рябчук, О. Рапай, А. Курков и Г. Алтунян.