30 сентября на территории заповедника «Бабий Яр» прошел музыкально-поэтический перформанс режиссера Олега Липцына по книге Марианны Кияновской «Бабин Яр. Голосами».
И в тот же вечер — презентация в Доме актера антологии стихов о Бабьем Яре «Овраг смерти — овраг памяти». Антология двуязычна (стихи по-русски и по-украински), выпущена двумя издательствами (МЦХ и «Дмитрий Бураго»), состоит из двух книг — собственно антологии и книги эссе Павла Поляна о Бабьем Яре «Гулкое эхо» как своеобразного послесловия-комментария к стихам. Составителей тоже двое — П. Полян и Д. Бураго. В антологию включено 133 стихотворения на русском и украинском языках 95 авторов и переводчиков с идиша.
Выделяются два пика творческой активности. Первый — это 1940-е годы, когда 16 авторами было написано более 20 стихотворений, две трети из них — по-русски. Украинские поэты активизировались в 1960-е и 1970-е годы, когда между ними и русскими поэтами наблюдался фактический паритет. Взрывной всплеск внимания к Бабьему Яру произошел в 1990-е годы, когда количество посвященных ему стихов почти вдвое превзошло результат 1940-х годов. Это связано как с круглой юбилейной датой — 50-летнем расстрела в 1991 году, так и с распадом СССР, раскрепостившим творческий дух, снявшим табу с темы Холокоста и вырвавшим цензурный поводок у государства. Зато, кажется, сошел с дистанции идиш: после 1990 года переводы уже не встречаются — и, кажется, не потому что оригиналы не переводились, а потому что не писались.
С первым томом в руках выступали его составители и некоторые авторы-поэты, в частности Семен Заславский и Алексей Зарахович. Бесспорной кульминацией вечера стало исполнение украинской певицей Еленой Гончарук «Колыбельной для Бабьего Яра» Ривки Боярской[1311].
Сама презентация была смазана (чтобы не сказать — омрачена и испорчена) рефлекторным решением Хржановского придержать второй том как источник возможного раздражения «украинской улицы» и презентовать только первый. Второй же том был де-факто «реабилитирован» лишь в ноябре 2021 года, но ни единого упоминания об антологии на сайте МЦХ так и не появилось.
С такой самоцензурой, перестраховкой и почтением к родовым комплексам «младонационализма», с таким неуважением к работе над книгой — никакой условный Зисельс не нужен! Это была самая настоящая цензура, ничем не отличающаяся от невыдачи российским Минкультом периода Мединского прокатных удостоверений фильму Хржановского «Четыре» или четырем (sic!) его фильмам из семейства «Дау».
Нехорошего символизма и иронии добавляли еще арест и заточение в совершенно пустом складе МЦХ всего тиража второго тома. Книги повынимали из родных коробочек и положили на полку: чем не реметафоризация известного советским киношникам выражения: «положить на полку»? Ни один экземпляр тысячного тиража так и не был никому продан. Лишь несколько десятков авторских и издательских экземпляров разлетелись по узкому кругу неслучайных коллег.
3 октября около тысячи человек прошли «Маршем памяти жертв Бабьего Яра» по скорбному еврейскому маршруту 1941 года — традиция, заново выросшая из пятилетней давности инициативы Евгения Городецкого, украинско-немецкого поэта и бизнесмена, и Дмитрия Юринова. С 7 по 17 октября в киевской еврейской библиотеке им. Ошера Шварцмана проходила выставка «Потерянная жизнь. Память», посвященная 30-летней истории легендарного памятника «Менора»[1312].
Центральными же для всей программы стали события 5 и 6 октября.
5 октября состоялась научная конференция МЦХ «Массовые расстрелы Холокоста как уголовные преступления» в Государственной медицинской библиотеке с участием Патрика Дебуа, Мартина Дина, Александра Круглова, Андрея Уманского, Александра Радченко и др.[1313], а также презентация украинского перевода книги Бориса Забарко «Мы хотели жить...» (назавтра там же презентовались и «Благоволительницы» Литтелла по-украински)[1314].
1311
Из репертуара знаменитой Нехамы Лифшиц (музыка Ривки Боярской, идишские стихи Овсея Дриза). См. об этом выше.
1313
Запланированная в 2019 году и намеченная на 23-24 сентября 2021 года в Киеве и под эгидой ИНПУ и ИИУ НАНУ конференция «Память Бабьего Яра и Холокоста: наука в современном политическом мире» не состоялась.
1314
С некоторым опозданием, весной 2022 года, уже во время войны, в Киеве вышел номер журнала «Егупец» (вып. 31), открывающийся большой подборкой материалов на украинском и русском языках, посвященных 80-летию трагедии Бабьего Яра. Общее название подборки — «Бабий Яр. К истории трагедии и борьба за память о ней», работали над ней Р. Гардашук, О. Гнатюк, Л. Финберг, Г. Хараз и А. Чеботарева. Первая ее часть малоинтересна — набор дайджестов: выборочные сведения по теме, несколько избранных стихотворений о Бабьем Яре (Л. Титовой, Н. Бажана, М. Фишбейна, М. Кияновской и О. Дриза), сведения о памятных знаках, уже имеющихся в пространстве Бабьего Яра, и аннотация «украинского» проекта мемориализации Бабьего Яра — т. е. того нарратива, что в этой книге обозначен как «Концепция». Гораздо интереснее вторая часть подборки — анкета «Бабий Яр: 80 лет спустя», составленная Л. Финбергом. На анкету отвечали польский поэт и переводчик А. Поморский, украинский дипломат Ю. Щербак, украинская поэтесса М. Кияновская, американский публицист Д. Саттер, историк и директор ИНПУ А. Дробович и поэтесса и художница И. Лесовая (когда-то, маленькой девочкой, она думала, что Бабий Яр — это вообще любое место, где расстреливали евреев).