— Пора одеваться, нас зовут.
— Кто? Отпрыск?
— Не думаю. Дариен дель Дариен вежливо прислал за нами целый караул.
— А Валин?..
— Мне сказали, что Валина допрашивают, — ответил Осия. — Полагаю, Дариен дель Дариен не имел в виду, что это официальный допрос, но… — Осия покачал головой.
Их монастырь — их порядки.
— Как бы они ни были благодарны мне за то, что я разоблачил и уничтожил огненного великана, маскировавшегося под Герцога Дома Огня, эта благодарность не заставит их позабыть о том, что я, возможно, тот самый Обетованный Воитель.
— А окажись ты на их месте? Что взяло бы вверх: благодарность за услугу в прошлом или трезвый расчет в настоящем?
Йен улыбнулся, затягивая ремень с «Покорителем великанов».
— Может, и благодарность.
Осия засмеялся:
— Надеюсь, Йен, ты шутишь.
— Я тоже на это надеюсь.
Дариен дель Дариен с сопровождающими ждал их на краю одной из круглых площадок, которые висели над белым облачным покровом.
Наверное, здорово было бы иметь парашют. Прыжок на ограждение, потом вниз, в туман, по дороге рвануть кольцо, надеясь, что успеешь миновать слой облаков…
Однако Йен никогда не занимался прыжками с парашютом — да, к слову сказать, и желания у него такого не было. Парашюта у него тоже не имелось.
Хотя поразмыслить стоило.
Из четверых ожидающих при оружии был один Бранден дель Бранден. Уж не спрятаны ли на соседней площадке лучники с наложенными на тетиву стрелами, не подстерегают ли они первое же угрожающее движение Йена?
Или главный дворецкий Отпрыска настолько уверен в себе — и благоразумности гостей?
Йен знал Брандена дель Брандена и Дариена дель Дариена. Третьего же он опознал по его природе.
Шести футов ростом, от носков до макушки покрыт шерстью цвета соли с перцем, густые, похожие на проволоку волосы не скрывают ни его брюхо, ни толстый красный пенис, торчащий из темного меха… На Сыне было всего три предмета: вокруг шеи золотая цепочка с янтарным амулетом, а на правом мизинце — два золотых кольца, похожие на обручальные.
Его ногти, однако, были коротко подстрижены, а на чужаков он смотрел с откровенным презрением, за которым — надеялся Йен — скрывался страх.
Рука у Йена зудела от желания сжать рукоять «Покорителя великанов». Меч убивал Сынов в любом обличье, волчьем или человеческом.
— Мое имя Херольф, — начал Сын голосом, похожим на раскатистый рык. — Я вожак Северной Стаи Стай, и ты, похоже, возвел поклеп на меня и на мою стаю.
Что ж, если обитатели Доминиона свели их вместе, чтобы устроить очную ставку, Йен ничего против не имел.
— Я не возводил поклепа, — сказал он, широко улыбаясь. Для волков улыбка — демонстрация зубов. — За моими друзьями и раньше посылали ваших щенков и сук. — Улыбка Йена сделалась еще шире. — И я даже знаю, где часть их похоронена.
Если он ожидал, что Сын бросится на него — а Йен отчасти рассчитывал на это, — его постигло разочарование. Херольф откинул голову и захохотал. Этот смех нельзя было назвать приятным — однако и сами Сыны не отличаются особенной приятностью.
— Неплохо, — сказал Херольф, с фырканьем втягивая воздух, — хотя, конечно, естественно ожидать храбрости от того, кто пахнет как Обетованный Воитель.
Глаза Брандена дель Брандена перебегали с Херольфа на Йена и обратно; Дариен дель Дариен хранил полнейшее спокойствие.
— Уважаемый гость, — произнес он негромко, — скажите мне, откуда Сыну Фенрира, столь лояльному подданному Отпрыска, каким являетесь вы, знать запах Обетованного Воителя?
— Некоторые вещи, — раскатисто проговорил Херольф, — знаешь от рождения.
— К примеру, запах стаи, — сказал Осия, делая шаг вперед. — Или аромат свежей крови, — продолжал он. — Но запах легенды? Позволю себе усомниться в этом. — Осия повернулся к Йену: — С другой стороны, Йен, вспомни, кто отец Фенрира.
Йен был уверен, что речь Осии рассчитана не на него, однако подыграл старику:
— Локи.
Осия кивнул:
— Локи. Его называли Отцом Лжи. — Осия поднял руку в ответ на рык Херольфа. — Я всегда полагал, что это преувеличение и что Братец Лис был куда более сложной натурой, чем о нем думали, и вовсе не такой уж везунчик. Да и потом, все асы лжецы и обманщики, просто у Локи и Одина это получалось лучше, чем у прочих, — именно по этой причине они действовали заодно, во всяком случае сначала. Тор имел привычку хвастаться, Тюр был глупец с обагренными кровью руками — точнее, с одной рукой, но Локи… Локи был рассказчик, да еще какой, и хотя Сыны Фенрира практически не унаследовали от него лживости, они унаследовали его склонность к интригам и заговорам, умение идти по следу и сбивать с пути.
Йен повернулся к Дариену дель Дариену.
— Не подлежит сомнению, что кто-то из Сынов Фенрира охотится за кровью Торсена. Он оставил следы возле… дома моего приятеля.
— Отпечатки лап можно подделать, — заметил Херольф. — А вдруг это все ложь?
— Всякое может быть, — кивнул Дариен дель Дариен. — Однако кому нужна такая ложь?
Херольф зарычал.
— Сыны Фенрира и Доминионы давным-давно сотрудничают, к обоюдной выгоде. Кто выиграет, если из-за лжи наша дружба охладеет? — Он покачал косматой головой. — Не Доминионы и не Сыны Фенрира.
— Верно, — спокойно произнес Дариен дель Дариен. — Однако Сыны уже выходили на охоту за Торианом дель Торианом.
— Да, по приказу Огненного Герцога! — Херольф ударил себя в грудь. — Как бы иначе мы сделали это, если бы он не показал нам дорогу?
— Не так! — вмешался Бранден дель Бранден. — Вам приказывал и платил огненный великан, который выдавал себя за Его Пылкость.
Йен удивился: он никак не ожидал поддержки с его стороны, однако постарался этого не показать. Привычка сохранять бесстрастное выражение лица одно время была его второй натурой.
Херольф разразился горячей — и, похоже, искренней — речью касательно того, что самозванец обманул Сынов точно так же, как и всех прочих, однако Дариен дель Дариен воздел тонкий палец, прерывая его.
Немигающий взгляд клаффварера скрестился со взглядом Йена.
— Полагаю, нашему гостю есть что сказать.
— Я здесь не для того, чтобы искать повод для драки, — спокойно произнес Йен. — И даже не для того, чтобы выдвигать обвинения против кого бы то ни было. Я не за этим пришел, мне надо совсем другое.
— Чего же именно тебе надо, Йен Серебряный Камень? — спросил Дариен дель Дариен.
— Я хочу, чтобы все это прекратилось, — сказал Йен. — Чтобы все кончилось. Я хочу, чтобы Сын, который охотится за моими друзьями, оставил это занятие и чтобы больше никого не посылали за их — или за моей — кровью. Я хочу, чтобы моим друзьям, людям моего дома, не приходилось больше караулить у Скрытого Пути, гадая, когда оттуда выскочит очередная группа Сынов Фенрира. Вот чего я хочу. И я полагаю, что заслужил это, — добавил Йен, переводя взгляд с Брандена дель Брандена на Дариена дель Дариена. — Или вам больше нравилось, когда Домом Огня управлял огненный великан? Вы полагаете, что он принял человеческий облик, потому что заботился о благе ваших Городов?
Бранден дель Бранден улыбнулся:
— Если так, это был бы весьма необычный огненный великан.
Дариен дель Дариен прищелкнул языком.
— Старая история… Города, Доминион, сам Отпрыск, — он махнул рукой в сторону высокого шпиля, возвышавшегося над ними, — все, конечно же, весьма тебе благодарны…
— «Но что вы сделали для нас в недавнем прошлом?»
— Недурно сказано, — заметил Дариен дель Дариен. — Да-да, что вы сделали для нас в недавнем прошлом?
— Я довел до вашего сведения, чем именно… занимаются эти собаки, разве нет? — Йен покачал головой. — Как вы думаете, многим Сынам объяснили, куда идти по Скрытым Путям; как вы думаете, многие из них могут найти дорогу на Землю?
— На Землю?
— Мидгард, [5] — вмешался Осия. — Старые Земли.
— Вот еще один интересный момент. Но ведь это ложный Огненный Герцог пустил Сынов по Скрытым Путям на… на Землю, разве нет?