— О, это, конешно, сказано с чисто кавказской темперамент. Ви, я вижу, сторонник не тактики измора, а один решительный бой!
— А как же иначе? Не мы — так нас.
Габильх с сокрушенным видом покачал выбритой головой и срезал ножницами кончик сигары.
— Да, такова жизнь. Не мы, так нас. Но одно дело ущелье Кавказа, а другое — санкт-петербургский променад. Много мешайт, как это? Общественное мнение! Впрошем, — он махнул рукой, — не боялся я его в Лифляндия, не церемонился в Киев и как-нибудь не падал в этой сумасшедшей Калхид.
Он признался, что не понимает причин некоторой задержки развертывания военных действий против Гурии, изгнавшей ("о какое варварство!") из своих пределов имперских чиновников. Конечно, высшему начальству виднее, когда следует нанести главный удар по мятежникам. Тем не менее действия кавказских повстанцев сейчас зашли слишком далеко. Тушить же пожар, когда он разрастется, будет много труднее. Уже сейчас пламя мятежа перекинулось в Мингрелию, Имеретию, Аджарию, Сванетию, захватило Карталинию, Кахетию, Эриванский и Карский уезды. Батраки, сбежавшиеся из Цинандали, Чаквы, Мухрани и других имений удельного ведомства, формируют красные сотни. Есть сведения, что некоторые отряды повстанцев на вооружении имеют самодельные бомбы большой взрывной силы, равной силе взрыва артиллерийского снаряда. Военный губернатор Батумской губернии отдал приказ беспощадно стрелять по каждой толпе.
— Да что я говорю! — спохватился Габильх, рассыпая пепел сигары себе на грудь. — Вам, как коренной житель этой страна, лючше знать здешнюю ситуацию.
Далее барон пожаловался на "ужасные смуты" у себя на родине, в Остзейском крае, вспыхнувшие после известных петербургских событий. Там у Габильха было родовое имение Либендорф. В нем батраки побросали работу, требуют закрытия пивоваренного завода, принадлежащего барону, грозят дворянам, публично уничтожили царские портреты в волостном правлении. И как жаль, что он, барон, так далеко сейчас находится от родных лифляндских мест, а то бы он показал бунтовщикам свою железную руку.
— Ко этому скот я буду мстить здесь, Гурия, дорогой князь. Они у меня будут zittern wie Espenlaub! [19]Как это по-русски? Трепещать! Вот. А как ви оценивает здешнюю обстановка?
Камо с непринужденным видом человека, равного своему собеседнику, откинулся на спинку кресла и даже прищелкнул пальцами:
— Обстановка романтическая, барон. Столько неожиданностей!
Габильх одобрительно закивал головой и снова зажег сигару. Потом сквозь дым посмотрел на собеседника и чему-то загадочно улыбнулся:
— Скажите, мой дорогой князь, ви ошень любит карты?
— Увлекаюсь. Очень увлекаюсь.
— Ай-ай, — с деланным сожалением произнес Габильх, но в голосе его прозвучало заметное удовольствие. Сам азартный картежник, барон высоко ценил офицеров-картежников. — Карты, говорят, порок. И фсе мои официр страдают им. Так вот, отечески предупреждайт: вечером в казино — турнир. Ви может in Gefahr kommen.[20] Вас могут общипать как курка.
Камо горделиво вскинул головой. Ему, владетельному князю, и бояться риска в кругу простых дворян! Он только сожалеет, что в настоящую минуту лишен всего состояния из-за взбунтовавшихся рабов. В самом деле: кто захочет садиться за игорный стол с "рыцарем, лишенным наследства"?
— О, какой пустяк, князь! Как будто у нас не играют в кредит! Мне самом задолжаль (он посмотрел на растопыренные пухлые пальцы своей руки), да, да… пять официр. И нишего. Каждый знайт шестное слово дворянин.
— В таком случае, барон, разрешите и мне принять участие в вашем турнире. Проигрышей я не боюсь, как бы они ни были велики.
— Как я могу отказать, если ви такой оттаянный?.. — засмеялся Габильх, очень довольный просьбой этого, как ему казалось, экстравагантного и по-восточному расточительного аристократа.
В разговоре с бароном Камо высказал пожелание как можно скорее приступить к службе. Габильх обещал сегодня же подписать приказ по полку о назначении князя Гуриели временно исполняющим обязанности командира десятой роты. Одновременно Габильх поручил ему произвести расследование в этой роте. Там найдены прокламации Киевского комитета социал-демократоз. Кто их принес, кто хранил — неизвестно. Барон предлагал обстоятельно познакомиться с людьми.
Камо почтительно наклонил голову в знак готовности выполнить приказание. Затем он выразил желание иметь при себе постоянного телохранителя, который помогал бы вести всю переписку на русском языке.
Габильх, очарованный новым подчиненным, не мог отказать ему в этой просьбе.