— Я кладу их на полку рядом с машиной.
— Значит, с этого можно и начать. Забери эти резервные ленты.
— Зачем? Их никто никогда не использует.
— Вот именно. На них есть все то, что есть и в работающей системе, но люди не обращают на это внимания. И потом, их можно взять и куда-нибудь вынести из офиса, чтобы поработать спокойно. Поэтому я бы начала с них. Это верняк.
— Но как я доберусь до файлов, когда получу эти резервные ленты? Мне же нужен какой-то «запасной вход».
— Конечно, противная ты девчонка. У вас ведь, наверно, система ЮНИКС?
— Да.
— О’кей. Тогда все просто. С этими лентами нужно выйти на машину, которая установлена несколько лет назад. Минимум три-четыре года. Поняла? Когда найдешь такую, будешь подсоединяться к ней под именем «tech». Запомни: «tech». А пароль у тебя будет — «nician». Остроумно?[15] И не говори это больше никому, потому что это «mucho segreto».[16] Технари специально замонтировали этот регистрационный код в старые машины с ЮНИКСом, чтобы в них можно было залезать, если пользователи все перебуровят. Это «s-u» код, по которому ты проходишь везде, а там — оргазм!
— А что означает «s-u»?
— «Superuser», чучело! Корневой код. Просто не могу поверить, что ты не знаешь таких вещей. Тебе повезло, что я такая умная.
— Повезло! А как мне добраться до файлов этого парня, когда я войду в систему? Объясни.
— Если тебе нужен только их список, введи команду «tar tv». «Tar» означает «tape archiv» («печать архива»), «tv» — «table of contents, verbosely» («таблица содержания, подробно»). Звучит по-дурацки, но уж поверь мне. «Tar tv» — и ты получишь полный перечень файлов в его персональной директории.
— Но мне нужен не только список. Мне нужны сами файлы. Как их получить?
— Таким умным девочкам, как ты да я, это раз плюнуть. Введи «tar xv». «Tar xv» — значит «extract, verbosely» («извлечение, подробно»). Потом пробел, потом слэш, потом «user» и еще один слэш, потом фамилия этого бедолаги, файлы которого ты присваиваешь, потом еще один слэш, потом звездочка, которая означает, что тебе нужны все его файлы. Поняла? Итак: «tar», пробел, «xv», пробел, слэш, «user», слэш, фамилия, слэш, звездочка. Это просто, правда? Ну, что еще может случиться?
Лина в задумчивости посмотрела на телефон и встряхнула головой.
— Да все, что угодно. Не хочу показаться тупой, но мне нельзя сделать ни одной ошибки. Давай еще раз сначала.
— Шаг первый: забери резервные ленты. Шаг второй: найди старую машину с лентопротяжкой, которая их прочитает. Шаг третий: войди в систему и пусти программу «tar». Шаг четвертый: читай, что хочешь, зануда. Шаг пятый: скопируй те файлы, которые тебя особенно интересуют. Шаг шестой: верни ленты туда, откуда ты их взяла, о-о-чень осторожно, и никто ничего не заметит. Шаг седьмой: если сделаешь ошибку хотя бы на одном шаге, можешь поцеловать себя в задницу на прощание. Понятно?
— Да, почти. Но где я найду машину?
— У тебя в конторе никак нельзя? Ты не можешь вернуться туда вечером, когда никого не будет?
— Это было бы неосторожно.
— Тяжелый случай, черт побери.
— Очень тяжелый. Иначе я бы тебе не позвонила.
— Ну, черт с ним. У нас в колледже есть главная машина с ЮНИКСом, которая прочитает твое барахло. Ей пять лет, и я знаю, что в ней есть этот запасной вход. Когда она тебе нужна?
— Завтра, во время ленча.
— Хорошо, приходи. Она на компьютерном факультете, на Говер-стрит, комната 413. Помнишь, где это? Завтра там не будет никого, кроме Ширли, секретарши. Остальные будут на конференции. Я позвоню Ширли и скажу, что ты придешь. Она ничего не скажет, она к этому отношения не имеет.
— А ты там будешь?
— Нет, я тоже буду на конференции. Ты будешь одна. Главное — не волнуйся. Это несложно. А если тебя засекут, просто извинись. У меня это всегда проходит.
Лина пошла обратно под дождем, повторяя про себя все, что сказала Элен, шаг за шагом. На первый взгляд это было просто, но в том-то и загвоздка с такими людьми, как Элен. Можно сказать, что у них совершенно другая операционная система.
Лине казалось, что ночь длится вечность. Она безуспешно пыталась заснуть, вертелась на постели и примерно каждые полчаса смотрела на часы, которые бесстрастно хронометрировали ее бдение: 12:56, 1:48, 2:17, 2:34, 3:09. Наконец она встала и приняла таблетку снотворного, отчего наутро чувствовала себя немного не в своей тарелке. Впрочем, от этого ей было только легче.
Глава 23
Наутро в кабинет Лины заглянул охранник-палестинец, который останавливал ее у дверей кабинета Хаммуда. Худощавый, резкий, с пронзительным взглядом, он и в этот раз был в костюме от Армани, теперь оливково-зеленом, сидевшем на его довольно элегантной фигуре — как на манекене в витрине магазина.