— Потому что мой дядя был клиентом вашего банка.
Банкир положил руки на колени, прикрыл свои сверкающие глаза и от этого стал совершенно серым: серый костюм, седые волосы, невыразительные манеры.
— Я должен извиниться перед вами, мисс Баззаз, — сказал он. — Не хотел бы показаться невежливым, но один из принципов нашего банка в том, что мы не обсуждаем свои отношения с клиентами ни с кем, кроме самих клиентов.
— Но этот клиент умер, мсье. И деньги принадлежат его семье. Меня послали навести соответствующие справки.
— Понимаю, мисс Баззаз. Но боюсь, что это не может повлиять на принципы банка.
Лина фыркнула от негодования. К этому она была готова.
— Если вы не станете разговаривать со мной, я обращусь в резиденцию ООН. Или в Си-эн-эн. Мой дядя очень любил Си-эн-эн. Я расскажу им о швейцарском банкире, который украл деньги моего дяди.
— Понятно, — сказал банкир. Он слегка поерзал на своем стуле, видимо обдумывая перспективу появления телевизионщиков на рю де Банк. — Простите, мисс Баззаз, нет ли у вас удостоверения личности?
Это звучало уже почти как извинение. Лина и к этому была готова. Она умышленно не взяла с собой документы на случай, если он захочет их посмотреть.
— Мой паспорт в отеле, — ответила она. — Но у меня есть другой документ. Вам, я думаю, он будет гораздо более интересен.
— В таком случае не покажете ли вы его мне?
— У меня есть номера женевских банковских счетов моего дяди. Члены моей семьи просили меня показать их вам.
— Да, действительно. Это бы нам не помешало.
Лина достала из сумочки документ с названием «Счета» и, подняв вуаль, прочитала номера на его первой странице.
— Во первых, «Организация швейцарских банков». У моего дяди там было пять счетов, на которых он хранил доходы своего лондонского холдинга. Это номера 4 808.537-0, 4 808.537-1, В2 218.411-0, В2 218.411-1, В2 218.411-2. Вам прочесть еще раз?
— Нет, благодарю вас, — сказал Мерсье. Пока Лина говорила, он достал из пиджака карманный компьютер и нажимал кнопки. Теперь он внимательно смотрел на дисплей. — У-гу, — произнес он.
— Но когда вчера я обратилась в «Организацию швейцарских банков», чтобы навести справки об этих счетах, мне сказали, что они пустые. Все деньги были переведены куда-то еще. Меня очень интересует, кто это мог сделать, если мой дядя умер.
— Боюсь, что не смогу дать вам ответ на этот вопрос. — Мерсье выпрямился на своем стуле, и глаза его снова стали метать стрелы туда-сюда, как лазурные маячки.
— Поэтому я и подумала, что деньги, возможно, были переведены в ваш банк. Мои родственники сказали мне, что дядя имел у вас совершенно особый счет, который использовался только при чрезвычайных обстоятельствах.
Лина скромно поглядела на него, готовая обрушить свой последний сюрприз.
— Нужно ли вам, чтобы я назвала номер счета моего дяди в вашем банке?
— Э-э… да, конечно, — сказал Мерсье, поправив галстук. — С точки зрения наших правил, это нас продвинет. Если вы знаете номер, то почему бы вам не сообщить его мне? — Он снова взялся за компьютер.
Лина нашла в сумочке документ под названием «Чрезвычайный» и поднесла его к глазам.
— Это номер Z 068621.
Мерсье нажал кнопки, секунду подождал, а потом слегка кивнул.
— Ну, — сказал он, — теперь это, конечно, гораздо интереснее. — В его синих глазах отразилось удивление: номер оказался совершенно верным.
— Что вас так интересует, мсье?
— То, что вам известен именно этот номер, мисс Баззаз.
— А что тут странного? Это номер моего дяди, — повторила Лина; в ее голосе прозвучала нотка негодования.
— Да. Но это, видите ли, в высшей степени личный номер. Совершенно исключительный.
— Только не теперь. Теперь он принадлежит его семье.
— Возможно, мисс Баззаз. Но я должен попросить вас представить мне еще маленькую удостоверяющую информацию. Будьте добры, номер персональной идентификации.
— Номер чего? — Лина не поняла, о чем он просил.
— Персональной идентификации. Мы требуем называть его для всех наиболее важных счетов — в качестве чрезвычайной меры предосторожности. Если вы его не знаете, то боюсь, я не смогу с вами далее беседовать.
— Номер персональной идентификации? — переспросила она.
— Да-да. По-французски мы его называем «code personel»[20] или просто «code».
И тут этот номер буквально бросился ей в глаза со странички коротенького файла «Чрезвычайный»: код 0526. Она откашлялась.
— Конечно, я знаю этот номер, мсье. Конечно. Ноль-пять-два-шесть.