Чэнь Ань-ши в возрасте тринадцати лет казался всего лишь сыном клиента Гуань Шу-бэня[667]. Однако он первым обрел Дао-Путь бессмертных. И хотя Гуань Шу-бэню было семьдесят лет и его волосы были седы, он каждое утро и каждый вечер кланялся Чэнь Ань-ши и говорил: «Дао-Путь досточтим, а Дэ-Благо высокоценимо. Тот, кто первым обрел Дао-Путь, должен считаться учителем. Поэтому я не могу осмелиться пренебречь совершением ритуала, предписанного для ученика». Тогда Чэнь Ань-ши сообщил ему самые важные методы, и он тоже вслед за Чэнем стал бессмертным и покинул мир.
Когда человек рождается, то он получает сущностную энергию и дух от Неба и Земли[668], а позднее наследует кровь и пневму от своих отца и матери. Но если человек не встретит мудрого учителя, который преподаст ему путь спасения через преодоление мирского, то ему ни за что не удастся избавиться от смерти. Просверленный камень уже отдал свой огонь с избытком, а годы жизни с каждым днем стремятся к увяданию и гибели. Если мы будем исходить из этого рассуждения, то окажется, что милость мудрого учителя превосходит милость Неба и Земли, и ее следует ценить много больше, чем любовь родителей. Так не достоин ли учитель нашего преклонения? Так не следует ли неустанно искать его?»
Баопу-цзы сказал: «Древние считали важным правду, высоко ценили поступки и презирали слова. Поэтому в делах правления они не придавали значения изящным словам и красноречивым выражениям, а в делах совершенствования в Дао-Пути они пренебрегали краснобайством и велеречивостью. Когда же нравы пришли в упадок, внешнее украшательство стало набирать силу. Изложенные на письме планы и проекты начали горами громоздиться среди последователей конфуцианского учения, а эзотерические тексты в огромном количестве выходили из-под кисти адептов тайных искусств[669]. В результате человеку, начинающему учиться, практически невозможно выбрать наиболее важное из всего этого необозримого количества текстов. Кроме того, сердца людей стали наслаждаться многословием и в делах о корне, и в делах о верхушке, в результате чего даже такие познавшие Дао-Путь люди, как Гань Цзи, Жун Чун, Гуй Бо[670] и другие, принялись писать книги по тысяче глав каждая, причем в основном эти книги посвящались вопросам морали и соблюдения обетов и в них мало ценного для человека, вступившего на путь великого делания и стремящегося получить указания относительно своей практики. Поэтому истинные наставления ныне можно получить или непосредственно из уст учителя, или в виде надписи на куске небеленого шелка в восемь чи длиной; такой шелк носят как галстук на шее либо как пояс вокруг талии, и его нельзя получить иначе, чем пройдя длительную проверку и искус у учителя, показав при этом себя человеком усердным и трудолюбивым. Каждый из всего множества учеников в конце концов получает свое в соответствии с утонченностью и способностью своего разума, мерой выказанного им усердия в перенесении долговременных трудностей, степенью его чуткости и прозорливости и проявленной им силой воли в желании овладеть учением. За прошедшие столетия и тысячелетия только в редчайших и исключительнейших случаях бывало такое, чтобы важнейшие и насущные указания находили в мешке или в изголовье, а то вдруг обнаруживали соответствующие записи у локтя или под мышкой. Эти предписания обычно касались лишь методов изготовления снадобий. Изготовленные снадобья в таком случае могли только поддерживать жизнь принимающего их, не давая ему умереть, и все. Но когда изготовитель все же умирал, то оказывалось, что он никому не передал текст своего рецепта.
Среди мужей Дао-Пути, живущих ныне в мире, есть разве что один на десять тысяч, разбирающийся в делах золотого раствора и перегнанной киновари. Это не мешает, однако, людям, смотрящим на мир через бамбуковую трубку, утверждать, что все необходимое на пути обретения состояния бессмертного содержится во множестве книг и в совершении многочисленных молений, жертвоприношений и коленопреклонений, и все. Но на самом деле продление жизни зависит исключительно от приема великого снадобья, а не от молений, жертвоприношений или богослужений.
Прежде, при династиях Цинь и Хань были чрезвычайно распространены все виды молений и жертвоприношений, которые были обращены к духу Великого Первоначала — звезде Тай-и и божествам пяти планет[671]; тогда совершали драгоценные подношения восьми божествам[672], жертвуя им коров и баранов, зерно и шелк. Траты на эти жертвы исчислялись в миллионах и миллиардах, но пользы от них не было ни на грош. А тем более сомнительно, чтобы оказали пользу жертвы простонародья. Ведь у простолюдинов добродетелей недостаточно, их сущность не выпестована, а они хотят, принося в жертву три вида скота и поклоняясь демонам и духам, продлить годы своей жизни. Ну не нелепо ли это? А бывает и так, что достойный человек совершает много-много добрых дел и искренне желает обрести Дао-Путь, но никак не ищет с усердием мудрого учителя. Он готовит разные сомнительные снадобья, дни и ночи напролет читает и скандирует бесполезные книги и прочитывает сотни и тысячи свитков таких сочинений, но до самой смерти не получает и грана блага от всего этого. А потом говорят, что в Поднебесной не существует никаких способов обретения состояния бессмертного.
667
Чэнь Ань-ши — даосский бессмертный, обретший высшую мудрость еще в отроческом возрасте.
Гуань Шу-бэнь — мудрый и добродетельный старец, даос, ставший, несмотря на преклонный возраст, учеником Чэнь Ань-ши, о чем рассказывается в «Жизнеописаниях святых-бессмертных» («Шэнь сянь чжуань»).
Клиент (
668
Энергия и дух (
669
Адепты тайных искусств (
670
Гань Цзи (или Юй Цзи) — даос II в. н. э., предполагаемый автор фундаментального даосского текста «Тай пин цзин» («Канон Великого равновесия-благоденствия»), содержащего информацию по всем основным аспектам даосской религии. Поскольку доктрина этого текста оказалась связана с учением «еретических» даосских сект, подготовивших восстание Желтых повязок в 184 г., Гэ Хун оценивает творение Гань Цзи весьма прохладно.
Жун Чун (Гун Чун) — ученик Гань Цзи, которому приписываются многочисленные даосские тексты, до нас не дошедшие.
Гуй Бо (Во Хэ; Чжун-ли) — даос III в. н. э., практиковавший дыхательные упражнения и алхимию в горах Сичэншань.
671
Звезда Тай-и (Великое Единое) — см. коммент. 63 к гл. 2 и коммент. 19 к гл. 4.
Пять планет — Меркурий, Венера, Марс, Юпитер, Сатурн; обычно обозначались названиями пяти первоэлементов.
672
Восемь божеств, которым, согласно Сыма Цяню («Трактат о жертвоприношениях фэн и шань»), поклонялся Цинь Шихуан-ди, таковы: Небо, Земля, Оружие, сила Инь, сила Ян, Луна, Солнце, Четыре Сезона.