А Бару метнула первый из заготовленных дротиков – слова, заставившие откликнуться дружным гласом бондарей, рыбников, знаменосцев Лизаксу, Отсфира и Унузекоме:
– Покажите им, кто и по какому праву должен править Ордвинном!
– Вультъяг! – хрипло, изумленно завизжала публика победнее. – Вультъяг!!!
«Рогатый камень» увлекал именно своими боевыми сценами – увлекательными и романтичными одновременно: ведь дореволюционный Фалькрест не зря славился ими! Бару проштудировала это произведение от корки до корки и не забыла, что фехтовальные сцены «Рогатого камня» отличались замечательной простотой и откровенностью, свойственной всей Второй Книге, без подробнейших описаний оружия, доспехов и генеалогий, которые переполняли древние эпосы.
Зато описания поединков занимали многие страницы и вызывали у каждого бурное восхищение. Парады, рипосты, финты и прочие маневры в фехтовании превращались в истинное искусство…
По Бару тренировалась по флотской системе. Здесь не было старинного изящества. Любой ответ являлся и атакой – контрударом, выверенным так, чтобы перехватить и отвести удар противника. Следовало резко сбить его с толку, а потом завершить контратаку захватом или нанести последний поражающий удар.
– На палубе, в шторм, в темноте, – рычала Амината, отстукивая костяшками пальцев ритм, – пьяный, загнанный в угол, один против шестерых!..
Это казалось Бару верным, хотя до Аминаты ей всегда было далеко.
Но Тайн Ху не знала флотской системы. А чему обучен Каттлсон, Бару себе даже не представляла. Впрочем, не важно. Каттлсон был выше и массивнее, а ручищи у него оказалась громадными.
Бойцы встали по местам, и площадь замерла. Правоблюститель Зате Ява стояла, вытянув руки но швам, кожа на ее неподвижном лице натянулась, как пергамент.
– Смотрите на ноги, – шепнул Мер Ло на ухо Бару.
Каттлсон принял стойку: согнул колени, выставив левую ножищу вперед, и поднял меч в позицию «вол» из флотской системы. Одна его рука застыла на яблоке – головке рукояти, другая была под самой гардой[17]. Острие, направленное на Тайн Ху, напоминало обвиняющий перст. Обнаженные плечи бугрились от мускулов, клинок был совершенно неподвижен. Невероятная демонстрация статической силы. Похвальба.
Тайн Ху, оскорбительно повернувшись к противнику спиной (толпа со стороны банка разразилась свистом), стряхнула с плеч куртку и с лаконичной уверенностью развернулась к Кагглсону в полувыпаде, склонив корпус вперед. Ее мышцы заходили ходуном и взмокли от пота. Левая рука ее стиснула яблоко, правая ухватила рукоять под гардой, клинок она наклонила назад и положила на плечо, точно рабочий, несущий жердь.
Мощный, словно нос корабля, подбородок Каттлсона шевельнулся, и его сторонники вновь засвистели и заулюлюкали.
– Подними клинок! – крикнул кто-то.
– Могла бы выбрать позицию посильнее, – пробормотал Мер Ло.
Бару, в кровь изжевавшая правую сторону нижней губы, закусила ее слева.
– Это прекрасная позиция, – возразила она. – Я знаю наверняка.
Зате Ява встрепенулась.
– До первой крови! – провозгласила она. – Готовы?
В детстве Бару наблюдала за птицами не меньше, чем за звездами, – смотрела на взмахи их крыльев и пыталась разгадать механику полета.
За спиной Тайн Ху кто-то громко хлопнул в ладоши и насмешливо, визгливо рявкнул. Княгиня Вультъяг не шелохнулась. Икры Каттлсона непроизвольно напряглись при резком звуке.
Зате Ява хлопнула в ладоши, шагнула за меловую черту.
И Каттлсон атаковал.
То был чудовищный удар, невероятной дальности, остановленный одной лишь силой Тайн Ху. Острие меча, направленное вниз (позиция «хвост»), засвистело в воздухе и едва не воткнулось в мостовую. Тайн Ху, все так же держа клинок на плече, отступила назад и вовремя увернулась из-под удара. Проиграла, отдала пространство, очерченное ударом Каттлсона.
Очередная волна свиста и гвалта поднялась в ответ на ее отступление. Губернатор принял высокую позицию «вол» и двинулся по кругу длинными ровными шагами. Тайн Ху, не меняясь в лице, последовала за ним. Дыхание ее было почти незаметно – лишь плечи медленно покачивались вверх-вниз.
– Нет, – пробормотал Мер Ло, судорожно стискивавший кулаки где-то рядом, в уголке зрения. – Он слишком…
Стойка Каттлсона резко опала, словно перед прыжком. Тайн Ху и не шелохнулась в ответ. Губернатор хмыкнул, оскалил зубы в улыбке.
– Как ты думаешь, была бы твоя карьера намного лучше, – процедила Тайн Ху, – если б ты, как намеревался, всадил ей меч в спину, когда она…