— Ну прямо «Жители Ист-Энда!»[31] На Де Ниро[32] не похоже, — засмеялась Сими.
— Ты прекрасно выглядишь. Скучаю по тебе.
— И я по тебе скучаю. Ронке передает тебе привет. Мы сегодня обедали вместе. А ты чем там занимаешься?
— Да вот, собираюсь на бейсбол. Иду с Биллом на игру «Янкис» — как настоящий житель Нью-Йорка.
— О, ты как Джей-Зи! Хотела бы я пойти с тобой. Тогда я бы пробудила свою внутреннюю Бейонсе и мы могли бы поцеловаться на камеру[33].
— Но это ведь не футбол.
— Все равно это лучше, чем смотреть «Танцы со звездами» в одиночестве. Привезешь Софии кепку с «Янкис»?
— Конечно! А еще привезу кепку с подставкой для стакана и трубочками для моей Бейонсе.
Мартин говорил о работе, а Сими жаловалась на своего никчемного брата Олу: он остался без гроша и — в который раз! — хотел занять денег. Когда Мартин сказал, что ему пора, они долго спорили, кто первый положит трубку.
Но все-таки в браке на расстоянии был один плюс — это путешествия. Они виделись раз в месяц на Манхэттене или где-то еще. Набирали триллионы баллов для часто летающих пассажиров и тратили их на более качественное обслуживание. Им нравилось притворяться богачами.
Они совершали короткие перелеты из Нью-Йорка — Бостон, Мартас-Винъярд, Хэмптонс. А через пару месяцев поедут в Вермонт. Сими забронировала милый деревянный домик, из окон которого открывается потрясающий вид на склоны. Идеальное место для предрождественских каникул.
Эти поездки напоминали нескончаемый медовый месяц. Сими и Мартин трахались как кролики, баловали друг друга, ходили в изысканные рестораны и держались за руки, как подростки. Никаких домашних обязанностей. Никаких супермаркетов. Никаких ссор. Слезные прощания в аэропорту, как в фильме «Реальная любовь». Они разговаривали постоянно, начинали день с сообщений и заканчивали ими. И в конце концов осознали, как сильно любят друг друга. Да, секс у них всегда был замечательный, но теперь он стал поистине прекрасен.
Сими допила кофе и принялась беспокойно бродить по квартире. Ничего не помоешь, не приберешь. Пробежка, конечно, пошла бы на пользу, но Сими не сумела себя заставить. Она включила телевизор и промотала список фильмов. Так, скандинавская драма в сохраненных уже три месяца (но Сими была не в настроении читать субтитры), потом «Время вопросов»[34] (наверное, это Мартин установил пометку записать все серии), серию «Горизонта»[35] под названием «Действительно ли пьянство вредит?» (о нет, только не это, вгоняет в тоску) и «Арсенал» против «Эвертона»[36] (тоже Мартин сохранил).
Пискнул телефон. Пришло сообщение от Бу. Подруга отправила фото, на котором Ронке валяется на полу под каким-то сооружением, похожим на… это что, сушилка? София на фото тычет в живот крестной световым мечом, а сама Ронке держит руки за головой — сдалась, видимо. Сими улыбнулась.
Она вышла на балкончик, посмотрела на Иакова и мысленно вернулась к обеду. Как там Ронке сказала об Изобель? Na wa, o! Да, подруга и впрямь ошеломляла. Порой даже чересчур. Этому способствовали трастовый фонд и внешность, способная остановить движение. Но вообще, по правде говоря, Изобель ничуть не изменилась с тех пор, как ей стукнуло пять. Все шесть лет, что подруги провели в начальной школе Грейндж, они были неразлучны. У Изобель был бассейн, а родители постоянно отсутствовали, так что ее дом превратился в базовый лагерь. Девчонки просто сходили с ума, командовали домработницами, шныряли где не положено, переодевались в одежду мамы Изо и смотрели фильмы не по возрасту.
Их объединил цвет кожи. В восьмидесятые годы в Лагосе не каждый день можно было встретить ребенка смешанной расы. Такая же ситуация была и в Бристоле в девяностые — когда Сими уже познакомилась с Бу и Ронке. Вы похожи, вас связывает нечто общее — и это естественно, здесь нет ничего плохого. Сими считала, что невозможно быть расистом, если ты смешанной расы. И чем нас больше, тем лучше. Если бы только мир мог покончить с этими предрассудками…
В Нигерии Сими иногда называли ойинбо[37] или аката[38], но чаще всего для других она была желтой. Люди не пытались ее оскорбить — напротив, это считалось комплиментом. В конце концов, именно желтые девочки были самыми сексуальными, красивыми и богатыми. Правда, некоторые думали, что они недалекие, дикие, безнравственные и вообще не такие.
Когда она ездила в Девон к дедушке и бабушке со стороны мамы, все было почти так же. В детстве Сими проводила каникулы в их доме у моря. Бабушка баловала ее, разрешала внучке брать любимые конфеты в местном магазинчике, где кто-нибудь обязательно подходил к ней, лохматил волосы и спрашивал: «Откуда ты взялась?» Или еще хуже: «Кто же ты такая?»
33
В США во время спортивных мероприятий так называемая камера поцелуев сканирует болельщиков и выбирает пару. Ее показывают на большом экране в сердечке, тем самым предлагая поцеловаться под одобрительные возгласы толпы.