Бела Кун получил телеграмму от Ленина:
«…Кстати добавлю от себя, что Вы конечно правы, начиная переговоры с Антантой. Начать и вести их надо, всякую возможность хотя бы для временного перемирия или мира надо обязательно использовать, чтобы дать отдых народу. Но ни на минуту не верьте Антанте, она вас надувает и только выигрывает время, чтобы лучше душить вас и нас»[67].
Два дня спустя после ноты Клемансо, 12 июня, в парижской «Юманите» было сказано:
«Венгерские события повиты густым туманом. Господин Клемансо опровергает вчерашнее сообщение, согласно которому на парижскую конференцию пригласили и правительство Бела Куна. Это опровержение никого не удивит. Если господин Клемансо признает одновременно и Колчака и Бела Куна, то этим он и в самом деле совершает страшные, несовместимые друг с другом действия.
Вместе с тем он по-прежнему утверждает, будто «Четверка» обратилась с призывом к Венгерской советской республике «прекратить наступление» на Чехословакию.
С другой стороны, мы читали какую-то телеграмму, в которой сообщается, будто Бела Кун уже ответил на этот призыв, что он готов приостановить наступление, но лишь при известных условиях. Нам хочется, чтобы Венгерская советская республика была по возможности осмотрительней. Совершенно ясно, что вожди международной реакции хотят задушить венгерскую революцию.
Против бешеного гнева союзнической буржуазии единственное спасение в силе революции» («Юманите», 12 июня 1919 г.).
Что единственное спасение «в силе революции», это отлично понимал и Бела Кун, но ему было ясно и то, что необходимо навести порядок в революционных силах, очистить их от всякой накипи и шлака, а для этого опять-таки требуется время. Он не закрывал глаза и на те жесткие факты, о которых говорил Ленин на беспартийной рабоче-крестьянской конференции, когда в Москву прибыла весть о падении Венгерской советской республики.
«Как известно, до конца марта этого года там господствовала «керенщина» со всеми ее прелестями. Когда в то время, 21 марта, там вдруг образовалась власть Советов, причем тамошние меньшевики согласились поддерживать эту власть, можно было думать, что в социализме наступила какая-то новая эра… Но вот последние события показали нам, что социал-соглашатели нисколько не изменились. По-видимому, то, что теперь произошло в Венгрии, повторяет в большом масштабе то, что произошло недавно на наших глазах в Баку»[68].
В. И. Ленин в ярких образах вспоминает трагическую историю бакинского пролетариата, когда его социал-предатели обратились за помощью к английскому командованию и за спиной рабочих вступили с западными империалистами в тайное соглашение. Оратор проводит аналогию между этой бакинской трагедией и теперешним переворотом в Венгрии, говорит о радиотелеграмме, из которой мы узнаем, что румыны уже вступили в красный Будапешт.
Далее В. И. Ленин сравнивает положение Венгрии и Советской России и, напомнив вкратце все наши временные неудачи, говорит о том, что нас спасает громадность территории, между тем как Венгрия слишком мала для того, чтобы дать отпор всем своим врагам.
Как прав был Ленин, сравнив действия венгерских социал-предателей с действиями бакинских социал-предателей, обратившихся за помощью к английскому командованию, подтвердилось впоследствии множеством обнаруженных документов (а сколько будет еще обнаружено впредь!). Я приведу в подтверждение ленинских слов документы, свидетельствующие о внешних сношениях США, донесения разведчика США капитана Грегори Гуверу[69] от 25 июня.
«Вывший главнокомандующий венгерской армии Бем, в данное время венгерский посол в Вене, навестил военного уполномоченного Англии в Вене. 23-го состоялась конференция уполномоченных Антанты, в результате которой Бему был представлен план подготовки свержения большевистского правительства Венгрии. Бема ознакомили также и с методами, при помощи которых можно будет составить такое временное правительство, которое согласится поддерживать Антанту. Было внесено следующее предложение: 1) Диктатура, которой полностью удастся взять в свои руки государственную власть, может состоять из Хаубриха, Агоштона и Гарами… 2) Правительство Бела Куна должно быть распущено. Коммунизм должен быть осужден и коммунистическая пропаганда уничтожена.
Бем обдумал эту формулировку и… временно принял ее…»
Мы узнаем и то, что 25 июня 1919 года совещание великих держав — участниц Парижской мирной конференции — обсудило предложение Вильмоша Бема, направленное на свержение пролетарской диктатуры в Венгрии.
«Мистер Витт[70] заявил, что он хотел бы рассказать о сообщениях, которые получены в связи с посещением Вены генералом Бемом. Эту информацию передал мистер Гувер.
Мистер Гувер сообщил, что это предложение передал представителям союзных держав генерал Бем, бывший главнокомандующий венгерской большевистской армии. Генерал Бем заявил, что, если союзники окажут ему соответствующую помощь, он, со своей стороны, согласится образовать социал-демократическое правительство… Лишить Бела Куна власти…
Мистер Бальфур[71] рассказал, что накануне вечером он встретился с мистером Гувером, который сообщил ему о содержании телеграммы (Грегори), а также о том, что Гуверу уже представился случай обсудить все это с военным специалистом. Теперь ему хотелось бы знать, верно ли, что избавиться от Бела Куна легче всего будет с помощью военной интервенции… В наших странах повсюду существуют люди, хотя и не большевики, но до известной степени сочувствующие большевистской программе… и они решительно выступили бы против такой антибольшевистской акции. Этих неприятностей можно было бы избежать, если бы предпринять что-нибудь с помощью генерала Бема: союзные державы оказали бы ему моральную поддержку.
Клемансо заявил, что он попросит маршала Фоша присутствовать на заседании, которое назначено на 10.30 утра и на котором можно будет обсудить предложение Гувера».
На следующий день заседание продолжалось:
«Согласно Титтони[72] любая кампания против Венгрии вызвала бы в Италии всеобщую забастовку.
Клемансо сказал, что хотя положение у него и не столь серьезно, как у Титтони, однако имеет с ним кое-какое сходство. По его мнению, ключ всего этого дела в руках у господина Гувера. (Одновременно Бема и его компании. — И. К.) Положение сходно с российским, с тою разницей, что к России невозможно применять насилия, а к венграм можно. Их следует окружить… Он склоняется к тому предложению, которое выдвинул здесь г-н Бальфур, к предложению предоставить генералу Бему месячный срок, который он сам просит».
Я уже говорила о том, что Чепельская радиостанция была связана с Московской и даже с Петроградской радиостанциями. Бывали дни, когда обменивались несколькими радиограммами, однако ввиду несовершенства тогдашней радиотехники тексты поступали иногда искаженными.
Бела Кун по возможности информировал Ленина о событиях венгерской революции, обращался к нему за советами и очень часто не принимал решения до тех пор, пока не получал ответа.
Со своей стороны, Ленин и наркоминдел Чичерин информировали Бела Куна о событиях международного значения. Вместе с тем часто просили его помощи в тех или иных конкретных вопросах.
«Вы в таком положении, что можете многое сделать в связи с бешеной кампанией в печати, которая ведется против нас…» — пишет Чичерин. «Просим сообщить нам подробности о происшедшей в Баварии революции. Мы не знаем ничего, кроме краткой радиограммы Баварского советского правительства. Просим сообщить нам, как протекают там события и целиком и полностью ли господствует новый строй… Как обстоит дело в Баварии с аграрной программой Советского правительства?»[73] — запрашивает Ленин. «Отправили ли вы мое приветствие Баварской советской республике? Если нет, то добавьте и подпись Ленина…» — спрашивает Чичерин. (Бела Кун сообщил ему, что телеграмма уже отправлена, и поэтому он послал Баварской советской республике еще одно приветствие от имени Ленина.) «…Прошу вас оповестить всех о том, что сейчас применяется новый метод обмана… В начале июня многие английские газеты сообщили, будто Ленин послал радиограмму Бела Куну, в которой сообщил ему, что падение Петрограда неизбежно…»
69
Гувер Герберт — один из руководителей Парижской мирной конференции. Позднее президент США (1929–1933).
71
Бальфур Артур — один из лидеров английских консерваторов. В 1916–1919 годах — министр иностранных дел.
72
Титтони Томмазо — министр иностранных дел Италии в те годы, участник Парижской мирной конференции.