Выбрать главу

– Можем. У нас таких сколько угодно. Причём рождённых самыми что ни на есть живыми женщинами, – усмехнулся Иванников.

– Ошибаешься, Стёпа, – печально произнёс Ключников. – Даже лишённые чувства юмора, немилосердные, не сопереживающие и никого не любящие твари способны завидовать, испытывать злость, ненавидеть. Если же я правильно понимаю нашего друга, то созданный биочеловек не испытывал никаких эмоций. Я-то, старый дурак, было подумал, что вы роботы. Роботы, решившие рожать детей. Увидел эту «маму» с «новорождённым» и решил, что он из дверки на животе вынимается, а в сиське, прости господи, электропоилка спрятана!

– Вы были недалеки от истины. Фигурально, – усмехнулся Устинов. – Биоприставка к человеку делает его абсолютно живым, из плоти и крови, с бицепсом, трицепсом и пенисом. Совершенным биосозданием. Не роботом, в общеизвестном смысле, но... и не совсем человеком. И для совершенного функционирования этого «не совсем» потребовались совершенные условия... Как выяснилось чуть позже. Идеально сбалансированный микроклимат. Только натуральные продукты – как для внутреннего, так и для наружного использования. И в этом случае срок его жизни становился практически неограниченным. Он будет жить вечно. Не смеясь, не любя, не ненавидя. Функционируя. Потом даже компьютеры и запчасти для техники научились делать из натуральных материалов. Но это потом. А пока создатели биочеловека во главе с моим отцом – вы же понимаете, что в таком «конструкторском бюро» была большая команда отличных генетиков и врачей всех специальностей от иммунологов до высококлассных хирургов – решили «запустить» Алексея Павловича Устинова в мир. Да не просто в мир, а в самую его клоаку – организацию «Естественнорождённые». С целью её развала изнутри. Гуру с распростёртыми объятиями приняли его – прежде ярого противника. Они никак не могли добиться окончательного прекращения функционирования протезного производства. Естественно, оно было перепрофилировано ещё в самом начале, но официально медучреждением не являлось, в бумагах значилось как «UP Corporation». Те немногие, кто знал, что это за UP такое на самом деле, давно уже были гуманно казнены. И вот этот уникальный человек, Алексей Устинов, пришёл к ним сам. Сдался, так сказать. Чтобы через пару лет возглавить. Я к тому моменту слегка подрос, и у меня обнаружился порок сердца. Наблюдатели ЕБУ чуть не пустили меня в расход. Но благо я всё-таки Павел Алексеевич Устинов, а на сына главы «Естественнорождённых» у них рука не поднялась. Я по определению не мог посинеть от лёгкой пробежки. Скорее уж этих наблюдателей гуманно казнили бы за дефект цветовосприятия. Смех и грех. Чудом сохранённые отцом под видом инженеров и техников врачи меня обследовали, поставили диагноз и произнесли страшное слово: «трансплантация». Это было невозможно. Равносильно вынесению мне смертного приговора. Через два дня отец привёз меня в секретный бункер UP Corporation.

– Паша, мы здесь пробудем некоторое время. Скоро ты уснёшь, а потом проснёшься. Просто ты будешь спать дольше, чем обычно. И мы снова будем вместе. А если я вдруг перестану улыбаться и шутить, просто знай – я устал на работе. И ещё одно. В двадцатилетнем возрасте смени меня на моём посту. Если я не подчинюсь – донеси на меня в ЕБУ. Я написал тебе обо всём, что случилось, и оставил подробные инструкции к любому развитию событий. Бумаги будут храниться здесь. – Отец показал мне сейф. – Запомни шифр, он прост. Год, месяц и день смерти твоей матери. То есть – твоего рождения. В день своего двадцатилетия приди сюда, открой и прочти. Ты всё поймёшь. Никому и никогда после сегодняшнего дня не говори этого. Даже мне. Особенно мне. Ты понял, сынок?

Что я мог понять? Я был восьмилетним мальчишкой. Я скоро усну. А когда проснусь, мой папа перестанет шутить. В двадцать лет я должен буду прийти сюда, что-то прочитать, а потом убить своего отца, если он не согласится уступить мне свой пост? Я же ничего не знал! Ну, кроме того, что именно мой папа командует уже чуть не всей планетой, и его лицо смотрит на меня с плакатов, экранов телевизоров и откуда только можно. И что его наградили орденом ЕБУ за то, что примкнул к движению «Естественнорождённые», а затем и возглавил. Я даже гордился этим. Детям так легко внушить всё, что угодно. Особенно в рамках общегосударственной и тем более общепланетарной программы. Может, так и надо? Так и положено? Папа, который перестанет улыбаться? Сын, хранящий секреты от отца? И это даже героизм – укокошить собственного родителя? И я ответил:

полную версию книги