Бертран не сводил с нее глаз. Никаких украшений, кроме обручального кольца и часов на бордовом кожаном ремешке. Подарок на день рождения? Когда она родилась? Лола снова присела, чтобы заклеить ему колено, и услышала шепот: «Ничего не говори…» – кивком показала на его руку, прилепила пластырь.
– Ты постригся.
– У тебя тоже волосы на три сантиметра короче.
Лола усмехнулась и привычным жестом заправила непослушную прядь за ухо – в точности как триста шестьдесят пять дней назад. Он тогда заметил родинку у нее на шее. Ничего не изменилось. Он здесь, совсем рядом.
– Показывай ладонь.
Бертран сдернул пластырь, тихо зашипев сквозь зубы.
– Не успел промыть… – объяснил он, умолчав о том, что какая-то таинственная сила подняла его на ноги после падения на тротуар. Впрочем, она наверняка и так знает.
Лола пустила воду, Бертран подставил руку, смыл засохшую кровь. Твоя кожа на моей. Она очень старалась не сделать ему больно, заговаривала зубы, пересказывая репортаж о туристах со всего света, которые карабкаются к монастырю Ронгбук[18], на пятитысячник, чтобы воткнуть в землю флажок.
– Кажется, он называется Лунгта?[19]
– Они бывают красные, синие, желтые или зеленые.
Лола кивнула, не поднимая глаз.
– Земля, небо, вода, солнце.
– Мой был оранжевым, и я думал о тебе.
Лола замерла над тремя глубокими вертикальными царапинами у холма Венеры[20] с оторванным куском кожи.
– Посмотри на меня.
Бертран был дерзким, стремительным, интуитивистом. Заказчики всегда ценили его за зоркость и безупречную технику, но на Тибете он осознал, что стал другим. Через секунду Лола оказалась в его объятиях. Пропащие триста шестьдесят пять дней. Оранжевый флажок. Пустынные пейзажи. Ветер. Холод. Я чувствую жар ее тела. Долой разлуку и тоску! Жизнь.
Лола дрожала. Бертрана трясло. Она прошептала:
– Я, кажется, беременна… – резко повернулась и ушла.
2
Бертран вернулся на свое место. «Я, кажется, беременна…» Что это значит? Он сидел неподвижно, уставясь пустым взглядом в экран телевизора. Высота, температура за бортом, скорость, время прилета. Осталось протянуть два часа сорок пять минут. А что потом? Поздравлю ее? Скажу, что струсил тогда, у лифта, потому и промолчал. Не крикнул: «Не выходи замуж!» Три слова, которые могли все изменить. Она бы все равно не послушалась. Не веришь? Спроси. Или так и будешь жить, давясь простой фразой? Она уже сделала чертов тест?
Из своего кресла Бертран не мог видеть Лолу. Решил встать, но тут подошла старшая бортпроводница и предложила ему перейти в первый класс.
– Вам там будет удобнее – из-за колена. Лола правильно сделала, что предложила.
Фотограф поблагодарил и пошел следом, подумав: «Еще дальше от Лолы»… – устроился поудобней, тут же вскочил, выбрался в проход и в дальнем конце увидел Лолу с тележкой. Она улыбалась, но определенно нервничала. Один из пассажиров счел «обслуживание» слишком медленным, сам налил себе кофе, выпил и снова наполнил стаканчик, даже не подумав сдвинуться с места. Стюард с оттопыренными ушами, под метр девяносто ростом, материализовался из воздуха, вежливо, но твердо сопроводил наглеца в кресло и сменил Лолу на раздаче. Она скрылась в глубине кухни. Бертран вернулся на свое место. Какая она терпеливая… Думай о том, что скажешь ей. Закрой глаза. Представь, что ты в фотолаборатории, опускаешь свою жизнь в лоток с проявителем.
Изображение приобрело четкие очертания.
Этим утром, в такси по дороге в Руасси, он немного поспал. Накануне семейный ужин получился куда более бурным, чем обычно. Едва войдя в дом, его брат объявил, что окончательно решил стать педиатром, а не детским хирургом. Не посоветовавшись с матерью!
– Ты хорошо подумал, Ксавье? Разве можно взять и все бросить, после стольких трудов?!
– Подумал и решил, – подтвердил Ксавье. – Буду работать в SOS врачах[21] и с доктором Кальметом. Через восемнадцать месяцев он уйдет на пенсию, и я выкуплю его практику. – Секундная пауза показалась окружающим бесконечной. – Пойми, мама, я просто возвращаюсь к давней мечте. Не нужно было идти у тебя на поводу и записываться на курс, который был мне тысячу лет не нужен!
– Я полагала, ты сделал это осознанно.
Мать и сын были раздражены и недовольны друг другом. Он, высокий и непреклонный, стоял перед своей миниатюрной матерью, а она сидела, смотрела на него и сокрушалась, что сыну больше не восемь лет и он перестал беспрекословно ей подчиняться.
18
Монастырь Ронгбук – священный порог на пути к самой высокой вершине мира, крайний предел человечества, за которым начинаются вечные ледники. Монастырь расположен на высоте 5100 метров на северной стороне Гималаев у подножия горы Эверест, или как ее называют в Тибете – Джомолунгма – Божественная Мать Земли.
19
Лунгта – Конь ветра – в тибетском буддизме символ в виде коня, несущего на спине драгоценность, исполняющую желания и приносящую благополучие. Тибетцы верят, что если Конь ветра у человека стоит высоко, то в делах он будет иметь успех, в жизни – благополучие, здоровье и счастье. Для этого тибетцы на высоком месте – в горах и на крыше дома – вывешивают прямоугольные молитвенные флажки пяти цветов с изображением Коня ветра в центре, а по углам тигра, льва, гаруды и дракона.
20
Холм Венеры расположен у основания большого пальца. В хиромантии этот участок отвечает за эмоциональную и чувственную сферу жизни человека.
21
SOS Médecins