Сьюзи уставилась на него.
— Не трусь. Они же не станут бомбить Ваикики. Мы же гражданские. — Последнее слово она произнёсла так, словно оно было каким-то волшебным талисманом.
— Может и не станут. Специально не станут, — неуверенно сказал Оскар. — Но Форт Де Русси на эва от гостиниц Ваикики. — Она непонимающе посмотрела на него. — К западу, — быстро поправился Оскар и добавил: — Если они будут бомбить его и промахнутся…
Сьюзи с сожалением посмотрела на него.
— Ладно, сдаюсь. — Из её голоса исчезла вся игривость. — Идём в окопы.
Она убежала в ванную, и вышла из неё в халате, когда сам Оскар уже оделся.
Они оказались не единственными наспех одетыми людьми в коридорах гостиницы. Раскат взрыва неподалёку заставил всех женщин завизжать и ускориться. Пока Оскар и Сьюзи бежали в окоп, раздалось ещё несколько взрывов.
К канонаде присоединились зенитки форта. Разумеется, целью япошек был Де Русси. Большая часть бомб падала там, но не все. Когда одна из них угодила в здание гостиницы, казалось, будто наступил конец света. Над головой жужжали и свистели раскалённые осколки. Земля задрожала, как при землетрясении. От ударной волны у Оскара заложило уши. Словно издалека он услышал слова Сьюзи:
— Похоже, ты был прав.
Она поцеловала его, скорее из чувства благодарности, нежели от страсти.
Затем в бетонное ограждение, защищавшее береговые орудия и арсенал угодил бронебойный снаряд, а может и не один. Последовал взрыв, отчего все предыдущие показались лёгкими хлопками. С неба пошёл настоящий дождь из кусков бетона и стали. Судя по крикам, некоторые обломки угодили в окопы. Оскар подумал о том, сколько при этом погибло защитников — бывших защитников — форта.
Авианалет продлился примерно полчаса. Зенитки продолжали стрелять ещё минут десять после того, как упала последняя бомба. Повсюду свистели осколки вперемежку с обломками форта. Оскар пожалел, что не раздобыл каску. Эта хрень способна раздавить голову как дыню.
Несмотря на продолжавшиеся взрывы, люди начали вылезать из окопов.
— Господи, мне нужно выпить! — воскликнул кто-то. Прозвучало это так, словно говорил Эдвард Марроу или Уильям Ширер[26].
Сьюзи тревожно вскрикнула. Она указала туда, где на месте её номера была куча дымящегося бетона. Оскар судорожно сглотнул. Если бы они решили проигнорировать сирены и занялись тем, чем хотели, то скорее всего они бы погибли счастливыми, но определённо погибли бы.
Сьюзи, наконец, заговорила:
— Ну и что мне теперь делать? Там все мои вещи! Будьте прокляты, сраные япошки!
Неожиданно для себя, Оскар ответил:
— Если хочешь, можешь переехать ко мне.
Оскар моргнул. Он приносил домой котят, даже щенка однажды принёс, но приводить девушек ему ещё не доводилось. Дело даже не в том, что Сьюзи его раздражала. Если бы не война, они бы выбесили друг друга за пару дней и быстро разбежались в разные стороны. Но он не представлял, как можно бросить женщину, у которой из всего имущества — один банный халат.
Она взглянула на него так, словно сама что-то просчитывала.
— Хорошо, — сказала она через несколько секунд. — Но ты мне не хозяин. Если я захочу куда-нибудь сходить, то уйду.
— Ладно, — не медля, ответил Оскар. — Без проблем. Начнешь меня бесить, открою дверь и иди, куда пожелаешь. Пока же… — Он протянул руку. — Как там твоя фамилия?
— Хиггингс, — ответила она и пожала ладонь. Её собственная ладонь практически утонула в его, но рукопожатие оказалось крепким. — А твоя?
Оскар назвал.
— Ван дер Кёрк? — переспросила Сьюзи и рассмеялась. — Ты такой загорелый, что я решила, будто ты — итальянец или испанец.
Оскар пожал плечами.
— Я же всё время на солнце. За это я и люблю Гавайи. Хочешь посмотреть мой дом? Он в нескольких кварталах маука отсюда. — Когда Сьюзи снова непонимающе посмотрела на него, он пояснил: — Севернее. Ближе к горам.
Когда он только появился на Оаху, гавайские обозначения направлений тоже его смущали. Теперь же он и сам свободно ими пользовался. Он постепенно становился «камааина» — старожилом, а не «малихини», т. е. новичком, как Сьюзи.
— Идём, — сказал он и девушка пошла за ним.
Здание, в котором находилась квартира, её не впечатлило. Впрочем, Оскара оно тоже не впечатляло. Хотя, она немного удивилась, когда Оскар открыл дверь без помощи ключа. Войдя внутрь, она сказала:
— А, поняла. Ты не закрываешь дверь, потому что красть у тебя нечего.
— Единственное стоящее, что у меня есть — это машина и доска. Причём, машина так себе, — ответил Оскар, вновь пожав плечами. — Чтобы жить тут, многого не нужно.
26
Эдвард Марроу (1908–1965) и Уильям Ширер (1904–1993) — американские военные корреспонденты времен Второй Мировой войны.