Во что превращается армия, солдаты которой больше не подчиняются командирам? Она перестает быть армией. Она превращается в банду. Именно это случилось с русскими и немцами под конец предыдущей войны. То же самое он видел сейчас.
Мимо Флетча шли солдаты. За ними следовали другие. Американцы сделали здесь всё, что могли. Многие решили, что больше они ничего сделать не способны, поэтому нужно спасать собственную шкуру.
Там на передовой вообще хоть кто-нибудь остался? Или японцы окажутся здесь уже минут через десять? Флетчу совершенно не хотелось с ними встречаться лицом к лицу. Но и бежать от них, в отличие от остальных, он не желал. Он стоял в нерешительности, глядя то на север, то на запад.
Толпу отступавших солдат обогнал блестящий бордовый «Форд». Клэнси замахал Флетчу.
— Ну, как вам такая попутка? — крикнул он, высунувшись с водительского места.
— Сойдёт, — ответил Флетч, радуясь тому, что его люди не последовали примеру остальных и не сбежали на этой самой попутке. — Верёвка есть?
Из «Форда» выбрались Дэйв и Арни. Дэйв нес моток верёвки. Один конец он вместе с Флетчем привязал к орудию, а другой Арни прицепил к переднему бамперу машины. Флетч махнул Клэнси и тот резко сдал назад. Верёвка натянулась. Колёса завизжали, вздымая тучу пыли. Флетч подумал, что либо они просто не сдвинут орудие с места, либо оторвут бампер. Но, когда орудие дёрнулось, надежда вернулась.
Он подбежал к орудию и принялся его толкать.
— Помогайте, вашу мать! — крикнул Арни и Дэйву. Те присоединились к нему, ворча и ругаясь. — Всё получится! — «Возможно». — Давай, спиной!
— Помогите кто-нибудь, козлы! — крикнул Арни проходившим мимо солдатам. На удивление, те помогли. Ещё более удивительным было то, что орудие перевернулось и встало на ноги.
Лицо Флетча заливал пот. Он надорвал спину, но ему было плевать.
— Давай, сюда, — сказал он. — Прицепим его и… — Он замолчал. Что им оставалось, кроме как тоже отступать?
«Вот так кончится мир», — подумал Джим Петерсон. Томас Стернз Эллиот[36] знал, о чём писал. Когда британцы сдались американским колонистам в Йорктауне, оркестр играл «Мир перевернулся». Мир Петерсона тоже перевернулся. Низкорослые жёлтокожие японские солдаты выбили почву из-под ног американцев. Так быть не должно. Это было просто невозможно. Но такова реальность и она воняла потным Петерсоном. Он уже и забыл, когда последний раз мылся.
Перл Сити находился к северу от Перл Харбора. В нём жили матросы с кораблей и гражданские, которые их обслуживали. Когда-то это был милый тихий городок. Теперь здесь проходила линия фронта. По улицам были разбросаны вырванные с корнем взрывной волной пальмы и норфолкские сосны. То, что некогда было ухоженными домиками, превратилось в дымящиеся руины. В бою эти руины становились неплохим укрытием.
— Эй, Петерсон, — окликнул его сержант, выдавший ему капральские нашивки. Его звали Билл МакКинли, но он отзывался на кличку През.
Петерсон что-то пробормотал в ответ. Они сидели на разломанной кухне, периодически выглядывая через разбитое окно на северной стороне. Дыра в потолке размером с корову пропускала и солнце и дождь, иногда одновременно.
— Ты что-нибудь брал с дохлых япошек? Деньги, например?
— Не. — Петерсон помотал головой. — А что?
— Если бы брал, я бы попросил тебя выкинуть. Если япошки возьмут тебя живьём и найдут своё барахло, то поймут, что ты убил одного из них. В таких случаях они становятся ещё злее.
— Я не брал. — Движение впереди заставило его дернуть пальцем на спусковом крючке, но он тут же успокоился. Это просто майна пролетела мимо в поисках червяков и жуков. Птицам не было никакого дела до войны. Петерсону очень хотелось оказаться на их месте. Он скосил глаза на МакКинли.
— Думаешь, япошки попытаются взять нас живьём?
— Не пойми меня неправильно, я пока ещё воюю, — торопливо ответил МакКинли. — Но я что-то не вижу, чтобы с холмов нам на подмогу шла кавалерия, а ты?
Петерсон собрался было ответить, но ружейный выстрел заставил его вздрогнуть. Его это раздражало, но поделать с этим он ничего не мог. Утешало лишь то, что все остальные тоже вздрагивали.
— Судя по тому, где мы находимся, кавалерия бы нам точно не помешала.
— Это точно, бля, — согласился сержант МакКинли. — Но если она не подойдёт…
Движение в зарослях гибискуса оказалось не птицей. Петерсон вскинул винтовку, выстрелил и тут же скрылся под окном — и всё это одним движением. Сидя в укрытии, он открыл затвор и вставил новую обойму. Предыдущая со стуком упала на линолеум.
36
Томас Стернз Эллиот (1888–1965) — американский поэт и драматург, лауреат Нобелевской премии по литературе 1948 г. Петерсон цитирует его стихотворение «Полые люди» (1925).