Бетанкур знал, что главной целью путешествия Гумбольдта в Америку было изучение климата и строения земного шара, анализ воздуха, физиология растений и животных и, наконец, общие отношения органических существ в неодушевленной природе. Все эти вопросы, как ученого, не могли не интересовать и Бетанкура, хотя в то время он полностью сосредоточился на создании оптического телеграфа.
СТРОИТЕЛЬСТВО ОПТИЧЕСКОГО ТЕЛЕГРАФА МАДРИД-КАДИС
11 января 1799 года собственный корреспондент французской газеты «La chronica universal» в Мадриде писал: «Дон Августин де Бетанкур, столь широко известный во Франции и в Англии своими талантами в механике, недавно возвратился в испанскую столицу. Несколько лет тому назад г-н Бетанкур был назначен на должность главного директора Машинного зала. Во дворце Буэн-Ретиро, где находится вышеупомянутый зал, ему были отведены уютные апартаменты. Однако, вернувшись из-за границы, дон Августин обнаружил свои комнаты в полном беспорядке, так как в его отсутствие их использовали в иных целях. На вопрос короля о том, хорошо ли ему в Буэн-Ретиро, дон Августин отвечал: “Судя по всему, со мною совсем перестали считаться. Вашими благими намерениями пренебрегли. Я не знаю, где мне теперь жить”. “Не отчаивайся, — молвил монарх, — я подыщу тебе такие апартаменты, которые придутся тебе по вкусу”[8]. На следующий день Карл IV посетил Буен-Ретиро и выделил г-ну Бетанкуру комнаты. “Я лично позабочусь о том, чтобы они пребывали в целости и сохранности,” — пообещал он».
Живя с семьей в Буэн-Ретиро, Бетанкур почти каждый день выезжал на трассу будущего телеграфа, где трудился, не обращая внимания даже на церковные праздники. Несмотря на то что бюджет на строительство был срезан более чем на 25%, работу завершили на месяц раньше срока, а сама постройка обошлась казне в 968 тысяч реалов. Таким образом, удалось сэкономить 132 тысячи реалов, хотя первоначально проект предусматривал затраты 1,5 миллиона реалов.
В августе 1800 года линия заработала. На ней было задействовано семьдесят телеграфных аппаратов, установленных на расстоянии 10—12 километров друг от друга. Впоследствии сам Наполеон, посетив Испанию, восхищался изобретением Бетанкура и ставил своим академикам в вину, что они выбрали телеграф Шаппа, а не устройство Бреге—Бетанкура.
Сигнал из Мадрида в Кадис поступал за сорок секунд. Линия просуществовала до 1808 года, пока не началась война с французами и телеграф не был полностью разрушен.
Вскоре у Бетанкура появилось новое предложение — соединить ряд испанских городов такой же связью. Королевский Кабинет машин брался за изготовление устройств и механизмов, однако смелым планам Бетанкура не суждено было воплотиться в жизнь.
БОРЬБА С ИНКВИЗИЦИЕЙ
29 августа 1799 года в крепости Балансе, на реке Рона, фактически в плену у французов, скончался папа Пий VI. Это событие послужило благоприятным предлогом для министра Уркихо ослабить зависимость Испании от Ватикана. 5 сентября 1799 года испанский король подписал декрет, возвращавший епископам права, узурпированные римской курией вопреки канонам. Декрет освобождал испанский народ от ежегодной траты многих миллионов на получение брачных льгот в близких степенях родства и других булл и бреве.
Смелый политический шаг Уркихо должен был привести к ослаблению инквизиции, по его мнению, противодействовавшей государственному благу и благополучию народа. Министр желал полностью упразднить инквизицию, а её имущество передать благотворительным и общественным учреждениям. Он подготовил декрет и представил его на подпись королю. Карл IV не подписал его, согласившись тем не менее ограничить власть Святого трибунала и привести её в соответствие с нормами римского права, то есть запретить трибуналу арестовывать кого бы то ни было без королевского соизволения и разрешить узникам после судебного допроса получать все документы их процесса и свидетельских показаний, как это делается в других судах.
11 октября 1799 года Уркихо издал указ (и король подписал его) о свободе и независимости всех книг, бумаг и вещей иностранных консулов, живущих в приморских портах и торговых городах в испанских владениях. Указ был издан по случаю опрометчивого обыска, произведённого комиссарами инквизиции Аликанте в доме Леонгарда Стука, у покойного голландского консула, а в Барселоне — у французского консула.