***
IПисать, не писать…когда душу извергнув, ложишься на пол?..ворчать ли? Скворчать сковородкойна постном масле?С постной водкой жить,ждать конца?
Или конец интересней начала?Ab ovo… Warum?..Плыть в ожиданье причалане ново. Зачем?Из голубогосквозится черньголубого, как Бог, горизонта.
19 октября 2007 года
IIСвязать концы… – Как это просто:связать концы – норд-вест с норд-остомвязать, вязать, вязать, вязать!!!О, Боже! – Нечего сказать.
Одна блаженная сумеласвязать концы с концом – и дело! —преодолела и пошлапридуркой в мужницком мундире…
20 октября 2007 года
КОНТРАПУНКТ
IИ с каждым годом ближе мнене горсть земли, не тень избенки,но интонация ребенка —графитти на большой стене:«I’m e-mail». Вот перевод: «Я мал.Один Господь велик и то – далече».Крошится мел и валом валит вал —с многоэтажных снов и из подваловнарод кипящий в мыле и поту,вот МЧС, вот «Мерседес» пропащий.Тот въехал в столб, тот пересек чертуно чтобы… в ящик? – Нет, не хочет в ящик,останется стоять на островкеубогой безопасности… Мне ближежить в Арктике, но умереть в Париже,писать, как плыть: все жиже, жиже, жиже.Я помню в детстве чижик у менясгущенным молоком объелсяс жердочки свалилсяи тут ему каюк – не вдруг —я плакал, плакал,как говорится, выплакал себя.До встречи, чиж!Так можно без конца писатьна палевой стене,вдыхая пьяно дух мускусаи теплый цвет шафранавоспоминая.Помолитесь обо мне.
IIКакой артист пропал! – сказал Нерон,поджегши Рим. – И я артист хороший,мать выебал, на флейте поиграл,спалив библиотеку. Боже, Боже!Прекрасный я артист, сам – виртуозcon spiritus. Валите все туда,откуда вышли, в мать свою, поганцыПрекрасен наш союз, сейчас начнутся танцы.на медленном огне.Носилки мне носилки!Я окосел, несите мне бутылкии евнуха. Ихь либе, данке шён.Спасибо, братья, и тебе, сестричка.Мы выйграли войну,вперед на север, юги юго-запад! Дай флейту!Жрать хочу! Нет сам играй!
26 октября 2007 года
***
Когда тело сгорает, раковая опухоль сгорает последней, она еще долго мечется по стенам камеры котла[9].
Тьма. И деревянный ящиксам собою в лаз скользящийпадает. Огонь, огонь.Господи, убей, но троньэту крысу на краюбиссектрисы – жизнь мою.
Тьма. Дурак хохочет. «Рак?»«Выпьем? Да» – Я сам дурак,у котла всю жизнь стоюей еёной на краю,глядя, как уходит жизньсквозь окошко смотровое.Крыса мечется, как рак.Птица стонет, рыба воет,все танцуют кое-как.
ноябрь 2007
***
Все продано, все проклятоДавным-давно. С берестяной табличкиКакую руну нам прочесть?Скворцы и живчики,Синильные синички,Опомнитесь!Бог есть!
2007
СТАНСЫ
IЯ изучил структуру грязи,она сродни моей мазнеиз слов и слизи. Как в экстазе,он шепчет ей: «О, не, о, не».Она ему: «Да, да, спусти»,И грязный хер в ее горстицветет как ирис подневольный,как незабудка бытия.Он шепчет ей: «Моя, моя».Она ему: «Мне слишком больно,уйди немного, погоди…»И тут свалилась сковородка,что наобум лежала сверху.Какой дурак ее поставил?Короче трах, трах, трах и баста,и склеились они в экстазе,и помощь не позвать,не дотянуться до телефона,до Бога, уж, подавно. Вотструктура мерзости и грязи.И сын пришел. Они в экстазе.
IIЗабыли слова основные.Страсть и убийство, любовь,если хочешь – любовьсметана с кровоостаткомв пустыне, где жажда бесцельна,бессмысленна. Где тот оазис,что спас героя пустыни,автора черного белого маленького принца,где этот жалкий источник?
IIIЗабавные слова на ум приходят,и бедный ум дивится их сознанью,их состоятельности полной вне ума,их пьяной трескотне, и щебету,и ласке фонем текущей как бы в никуда,направо и налево. Знать бы, чтоделает твоя левая, когда правая занятатекущим дерьмом и своим, и чужим,когда ты уже post mortum.О, если бы это был полный финиш!Ан, нет – истязанье есть истязаньепоследнего: ты последний кричи, если хочешь,зови, зови, зови к себе на помощь,и они придут – забавные слова.