Шанхайская снежинка
Под ноги рухнула Китайская стена,
И еду я в Шанхай, за желтокожей,
Ужалила нерусская змея, зеленоглазая,
Мы так похожи…
И снег расстает, а китайский шёлк
На лоно страсти низведёт-остудит,
И страстно холодит шанхайский морг,
В снежинках белых чуть желтеют груди.
О, желтокожая, нимфея и печаль,
Как свет космополитного желанья…
Лечу-бегу сегодня я в Шанхай,
И вопреки, за грань и на закланье…
Небесная сотня
Памяти Бориса Немцова
Небесных канцелярий есть закон,
И по сему вам не сойти обратно…
Но молнии сверкают семикратно,
И ставится твоя душа на кон…
Наполеон! Москва! Не покорись!
И не сожгите день-деньской в закате,
И над Эльбрусом светом засветись
Семи-альтовая на старте…
Над Ярославлями… А это наш черёд…
Мы переплавим нимб… И вновь обратно…
В небесной канцелярии он ждёт,
Все души ангелов слетаются закатно…
Через огонь и медь… в историй миф,
Но есть мечта у нашего народа,
Чтоб сочинить России новый гимн
О справедливости, о чести, о свободе!
И слой — за слоем
Послойно камбием,
летами в высь,
И кольцами,
в распилах остаются,
На лёгкое касание листвы,
И песнями они не отпоются…
На спилах дней
и лет,
и жизней,
На раструбах…
У расклешенных
юбок…
Следы на битуме
расплавленном
асфальта,
Отрывок Моцарта и
нотная тетрадка…
И кольцами
на две судьбы,
И слой за слоем…
Архивы… мы — не мы,
Архивы, вы — немы…
У камина
В огне растает день за днём,
Но пледом мне согреет ноги
Мой рыжий пёс… храпит во сне,
И снятся нам пути-дороги…
Тепло огня и очага
Нашёл дворняга и калека,
И не болит его нога…
Что ж не болит?.. Её ведь нету…
На том шоссе в печальный час…
И сбила с ног его машина,
От боли заскулила тень,
Залита кровью гильотина…
А у камина — мы вдвоём…
Нужны в нужде, не нужны в счастье…
Мой Рыжик греет сердцем дом,
В любви, добре и постоянстве…
Девушка из Нагасаки2
Из Питера он родом… и ваще,
Из Рюриковичей — Word-ов…
По вечерам он пил Алиготе
И на закуску шнапс холодный,
Он галстук не носил! Месье, Андре!
И рифмами высмеивал он фраки,
Любил он девушку из кабаре,
Что танцевала вечерами на закате…
Глаза её же черные, как ночь,
А пряди светлые лианами на плечи,
О, наваждение, его не превозмочь,
И томных губ желанных встречи…
И танцевали нимфы на заре,
И в кровь кусали свои пламенные губы,
Любил он девушку из кабаре…
А Нагасаки — это всё ж в youtube…
Но оказалось, правда или ложь?..
Она — американская шпионка?..
А КГБ вдруг охватила дрожь
И револьверная чечётка…
А танцевали в том кровавом кабаре —
«Путь Ангела» — но нет пути обратно…
И души вознеслись в полночной мгле,
Софитами сияли семикратно…
И танцевали нимфы на заре,
И в кровь кусали свои пламенные губы,
Любил он девушку из кабаре,
Пусть ролики поют его в Youtube…
Шабаш
А в полнолуние что снится мне?..
Я «аз» черчу на магии ведуний,
Камбоджу вижу и Алжир во сне
И падшую зарю от песно-луний…
Ты — падший ангел, заслонись рукой,
В анафеме отринься… нет, не стоит…
Ведь за углом у Воланда гармонь,
Она — моя, вам сердце успокоит…
Я погадаю вам за серебро, алтын и рупь…
Молва — мой шестигранник,
пошто не слышите
Моё враньё…
О, Воланд, небожитель,
Честный странник…
И вижу я казённый дом на дне,
Тусовка путная,
Свои орлы, не наши…
Там семирррррядные
тоскуют соловьи…
Ангажемент, паркет…
Но вонь — параши…
Там карты - мечены,
А воры бьют челом,
Там души проданы
«Антантовым» союзам…
А песенки там все давно не те,
А черти все святеют в простоте…
На фоне их, они же просто — дети,
Имеют все они иммунитеты,
И пользуют они апологеты,
Чтоб править тьмой…
Ах, что со мной?..
Ах, где мой аналой?..