Ева сунула руки в карманы и покачалась на пятках. Затем помотала головой.
— Метод неподходящий. Даже если Мэнди наняла костоломов. «Вот вам пачка денег. Отходите моего мужа как следует, а потом убейте. Причем именно на Спринг-стрит». Может, решила, что при таких обстоятельствах Деннис согласится продать дом?
— «Здесь умер мой кузен. Его жена убита горем. Если продать дом, это поможет всем нам исцелиться». Да, пожалуй. — Рорк задумчиво протянул Еве кружку с остатками кофе. — Похоже на правду, хотя логика извращенная.
— Слишком извращенная. К тому же, если это наемные убийцы, почему не покончить с Эдвардом сразу? Зачем увозить с собой?
— Ты все-таки склоняешься к личным счетам?
— Да. Денег он никому не должен? Никаких признаков, что его шантажировали или он сам кого-то шантажировал?
— Ничего такого я не заметил.
— Значит, Эдвардом движут деньги, а преступниками — что-то другое. Секс?
Рорк обнял ее за талию.
— С удовольствием!
— Да я не про нас с тобой, умник! Деньги, политика, женщины — вот круг его интересов. Деньги отпадают. Политика… Эдвард больше не сенатор, хотя есть еще институт… Я, конечно, проверю, но, если Эдварду приходится закачивать в него такие суммы, много ли влияния он имеет в политических кругах? Остается секс. Номер люкс в твоем отеле… Готова поспорить, чудесное любовное гнездышко.
— Мы умеем вить уютные гнездышки.
— А можешь закинуть удочку и выяснить имена тех птичек, с которыми миловался в этом гнездышке кобель-сенатор? Что-то не звучит, — нахмурилась Ева. — Такую метафору смазала…
— Если Эдвард принимал в отеле гостей, я раздобуду тебе их имена или, по крайней мере, фотографии. Дай мне пару минут.
Ева сделала еще кофе и продолжила собирать данные. Ее не удивило, что Рорк справился со своим заданием первым.
— Пять женщин за последний год. Каждая приезжала примерно раз в неделю в течение полутора-двух месяцев. Хочу бренди.
— Пять за год… А ему ведь почти семьдесят!
— Медицина, за что ей большое спасибо, сделала проблему возраста неактуальной. — Рорк достал из стенного шкафчика графин. — Я отправил тебе список имен в хронологическом порядке. Ах да, еще кое-что: сенатор пользуется номером примерно раз в неделю. Проводит там всю ночь. А вот дама редко остается до утра.
Ева распечатала фотографии, приклеила к доске.
— Все, кроме двух, официально замужем. Последней двадцать пять. Получается, он на сорок лет ее старше — даже больше! Мерзость какая.
Когда Рорк только покачал бренди в стакане и сделал глоток, Евины глаза сузились.
— Он же ей в деды годится!
— Не люблю этого человека — теперь еще больше, чем прежде, — но не могу не восхититься его… м-м… выносливостью.
— Опять членом думаешь?
— Ну… — Рорк опустил взгляд на свою ширинку, — он тоже имеет право на собственное мнение.
Бормоча себе под нос, Ева принялась кружить вокруг доски.
— А они все красотки — надо отдать сенатору должное. Самой старшей, Лорен Кэнфорд, сорок два. Замужем, двое детей, лоббистка. У нее, естественно, политический интерес. Самой младшей, Чарити Даунинг, двадцать пять. Не замужем, художница, работает в «Эклектии» — художественной галерее в Сохо. Аша Коппола, тридцать один год, второй раз замужем, работает в некоммерческой организации. Эллисон Байсон, третий раз замужем — оптимизм или безумие? Как бы там ни было, третий раз замужем, тридцать четыре года, домохозяйка. И, наконец, Карли Маккензи, двадцать восемь лет, не замужем, журналист-фрилансер. Надо собрать досье и на них, и на мужей.
— Займусь пока своими делами, если, конечно, тебе больше ничего не нужно.
— Нет, ничего. Спасибо за помощь.
В полночь Рорк заглянул проведать Еву. Как он и ожидал, она уже начинала клевать носом.
— На сегодня ты достаточно потрудилась.
Ева не стала спорить — знала, что нужно подождать, пока факты улягутся в голове. К тому же, если она не права, к утру Эдвард Мира еще приковыляет домой.
— А ты знал, что мистер Мира и его кузен окончили Йельский? Сенатор выпустился на год раньше. Вообще-то разрыв у них в два года, но мистер Мира получил диплом заранее, еще и с этим, как его? Магнум что-то там.
— Magna cum laude[2].
— Точно. А еще состоял в обществе «Фи-Бета-Каппа»[3] и был третьим на курсе по успеваемости. Сенатор шел семидесятым с чем-то. У мистера Миры полно всяких титулов и званий — половины я даже не слышала. На последнем курсе избран старостой, на выпускном произносил прощальную речь.
— Наверняка будущего сенатора это страшно бесило.
3
«Фи-Бета-Каппа» — старейшее студенческое общество в США, куда принимают только учащихся с хорошей успеваемостью. Название по первым буквам греческого девиза «Philosophia biou kubernetes» («Философия — рулевой жизни»).