Да, да, так подсказывали логика и здравый смысл. И все же…
— Мотив тот же. И потом, если я права, то действительно погублю его репутацию.
— Если ты права, его репутация — сплошная ложь, а ты отстаиваешь правду.
— Да, если я права… ты примешь их сторону.
Рорк поцеловал ее в одну щеку, потом в другую и уложил рядом с собой. Ева прижалась к нему, пытаясь согреться.
— По некоторым вопросам мы с тобой не сходимся, но, как ты сама любишь повторять, коп у нас ты. Вы выполните свой долг, лейтенант, а я сделаю все возможное, чтобы помочь вам выяснить правду. Дальнейшее от нас не зависит, не так ли?
— Так.
Кот прижался к ее спине, так что с обеих сторон Еву окружали тепло и безопасность. Слезы жгли глаза, поэтому она прикрыла веки. Вскоре успокоительное подействовало, и Ева уснула.
Рорк лежал без сна, крепко обнимая жену и прислушиваясь к ее дыханию.
Глава одиннадцатая
Еву разбудил резкий и настойчивый сигнал рации.
— Какого черта?.. — пробормотал в темноте Рорк и скомандовал включить свет на десять процентов.
— Бакстер, — прошипела Ева, взглянув на экран. — Выключить видео, — приказала она. — Даллас слушает. В твоих же интересах, чтобы это было нечто стоящее.
— Простите, лейтенант. Мы с Трухартом были на дежурстве и получили срочный вызов.
— Черт побери, я и так догадалась, что ты звонишь в полпятого утра не для того, чтобы поболтать о футболе!
— Нет, не о футболе. Кстати, а какой там у наших счет?
— Бакстер, ты что, хочешь ближайшие полгода заполнять отчеты за весь отдел?
— Не то чтобы очень. Мы получили вызов, — повторил он, — но я практически уверен, что это ваш клиент.
— Кто такой?
— Джонас Бартелл Вайманн.
— С чего ты взял, что он мой клиент, если я понятия не имею, кто это?
— Убитому шестьдесят восемь. Лет десять назад был председателем Совета экономических консультантов, также служил главным экономистом Департамента труда. Ворочал крупными суммами, да и сам богатей. Учился в Йельском — на одном курсе с сенатором Мирой.
— Вот черт… Время смерти определили?
— Труп отправили Моррису. Бедолагу били по лицу и гениталиям. Насиловали. Повесили на люстре обнаженным — как первую жертву. На шее распечатанный на принтере плакат.
— «Правосудие свершилось»?
— Да.
— Адрес?
— Практически ваш сосед.
Бакстер назвал адрес в двух кварталах от Евиного дома.
— Выезжаю. Сэкономь мне время — позвони Пибоди. Место преступления оцепили?
— Естественно. Мы вас дождемся.
Ева нажала на отбой, и Рорк, который уже успел встать, протянул ей кружку кофе.
— Спасибо. Черт… Мне нужно принять душ и ехать.
— Душ примем вместе. Я еду с тобой. Все равно не усну, — добавил он, прежде чем она успела возразить. — К тому же я его знал.
Глотая на ходу кофе, Ева направилась в душ.
— Откуда?
— Просто знакомый. Отношения у нас были не самые дружеские, но одно могу сказать точно: в вопросах экономики он гений.
Рорк даже не вздохнул — только слегка поморщился, — когда Ева врубила душ на полную мощность и установила температуру на сто два градуса[6]. В конце концов, сам предложил принять душ вместе.
— Естественно, он знал сенатора Миру. Теперь у нас их двое. Две важные шишки из Йельского. А если моя теория верна, еще и два серийных насильника. Но… — Ева откинула с лица мокрые волосы. — Возможно, я ошибаюсь и мы имеем дело с парой психопаток, которым нравится пытать и убивать важных шишек.
Ева выскочила из душа. Мысли у нее в голове вертелись так же быстро, как воздух в сушильной кабине. Она отмела их в сторону. Лучше сохранять свежий взгляд и не строить новых теорий. Просто смотреть, наблюдать, собирать данные и улики.
Они оделись. Когда Ева присела на кровать, чтобы натянуть ботинки, Рорк подал ей блюдце, на котором лежала лепешка с омлетом внутри.
— Поешь. Вайманн уже никуда не денется, а ехать нам всего пару минут.
Чтобы не тратить время на споры, Ева откусила и нахмурилась.
— Тут не только омлет.
— Разве? — Рорк с невинной улыбкой откусил от своей лепешки. — Похоже, ты права.
Ева все равно доела лепешку, влила в себя еще кофе.
— Мне нужно кое-что забрать из кабинета.
Чтобы сэкономить время, они спустились в кабинет на лифте, а оттуда — по лестнице. Рорк удаленно вызвал Евину машину, и она уже стояла перед домом со включенным отоплением.