Но Саймон, похоже, ничего такого не замечал. Он как безумный кинулся к Сержу:
— Ты мой бедный! Дыши глубже! Вот так. Ник, принеси ему воды!
И он стал поглаживать Сержа по плечу, а тот всхлипывал и икал. Глаза у него были драматически зажмурены, будто он пытался укрыться от преследовавшего его кошмара. Алекс, хотя и от всей души сочувствовала ему, едва удержалась от смеха. Серж явно красил ресницы, видимо, желая подчеркнуть свою цыганскую красоту, и теперь по его щекам струились черные ручьи. В сочетании со сползшей на один глаз банданой это смотрелось уморительно.
Ник вернулся со стаканом воды, и Саймон поднес его к губам Сержа, по-прежнему приговаривая и охая над ним. Глядя на него, Алекс недоумевала — что, собственно, происходит? Конечно, приятели Саймона часто были экспансивны, но тут было что-то другое. Она посмотрела на Ника. Тот выразительно закатил глаза. Становилось все интереснее и интереснее. Серж разлепил ресницы, чтобы бесстрашно взглянуть в лицо реальности.
— Черт побери, Сайм, у этого парня мог быть нож. Или еще что-нибудь похуже.
Его голос театрально дрогнул. Саймон кивнул с серьезным видом:
— Наверняка. Надо, чтобы тебя осмотрел врач, а потом мы позвоним в полицию. Ник, где ключи от машины?
К изумлению Алекс, Ник совершенно не возражал против таких кардинальных кадровых перестановок, в результате которых он неожиданно стал мальчиком на побегушках. Похоже, ему это было не впервой. Саймон помог Сержу подняться и повел к двери, не обращая внимания на его протесты.
— Я знаю, он тебя не тронул, но ты пережил стресс. К тому же надо посмотреть, не повредил ли он тебе руку.
Это было уже чересчур, однако Серж принимал заботы Саймона как должное. Опираясь на его плечо, он вышел из квартиры. Похоже, у него появились какие-то проблемы с ногами.
— Ник, ты поведешь машину. Я сяду с Сержем сзади. Алекс, дорогая, прости, но ты видишь — у человека случилась беда.
Саймон согнулся почти до земли под тяжестью своего несчастного друга.
— Ничего-ничего. Поезжайте, я думаю, мы встретимся в ближайшее время. Надеюсь, скоро вам станет лучше.
Последнее было адресовано Сержу, который с благодарностью кивнул в ответ и тихо застонал. Саймон мгновенно бросился к машине и, усадив охающего Сержа на заднее сиденье, примостился рядом с ним. Машина тронулась, Алекс помахала им рукой и, окончательно сбитая с толку, отправилась домой.
Ей пришлось долго пребывать в неведении: сообщения, которые она ежедневно оставляла на автоответчике Саймона, не давали никакого результата. Наконец он позвонил ей в среду и сказал, что они с удовольствием придут к ней на помолвку и что у них все нормально. Он звонил с мобильного, причем, очевидно, в момент какой-то кипучей деятельности, так что Алекс не оставалось ничего другого, как принять сказанное к сведению. Пришлось снова звонить на автоответчик, чтобы сообщить, когда и куда он должен приехать. Заодно она сказала, что до конца недели будет по уши в краске: пришлось взять пару дней за свой счет, чтобы закончить ремонт в квартире. Ввиду грядущего общения с родителями Алекс сочла за лучшее скрыться с головой в работе, чтобы никто — особенно мать — ее не достал. У нее появилось время, чтобы набросать пару идей для своей колонки в газете. Алекс всегда черпала вдохновение в хозяйственных хлопотах — лучшие мысли почему-то посещали ее при самых банальных обстоятельствах.
Четверг и пятница были посвящены отскабливанию и шпатлевке всех поверхностей. На всякий случай под рукой был раскрытый справочник «Сделай сам». Время от времени ей приходила в голову какая-нибудь идея, и она бросала инструменты, чтобы записать ее на клочке бумаги; потом воображение иссякало, и она снова бралась за работу. Радио было включено на полную громкость, и Алекс периодически высказывала свое мнение об идиотах, которые звонили в студию. Несколько раз она издала вопли типа «Чтоб ты сгорел!», но тут же сурово заметила себе, что могла бы орать и потише. Она весело пританцовывала под бибоп[5], беззастенчиво упивалась слезливыми песенками и искренне радовалась за бухгалтера Мишель, которой сделали предложение в прямом эфире. Кто бы ни была эта Мишель, Алекс от всей души надеялась, что она моментально согласится или по крайней мере будет не слишком резка, если этот парень окажется прыщавым увальнем. На самом деле, пусть она согласится в любом случае и «сделает его самым счастливым человеком на свете». Хоть у кого-то все получится, как хотелось.